1
0И, вполне вероятно, тебе это тоже покажется безумием, но на самом деле, если мы не можем сделать тебя полностью человеком — то почему бы не попытаться превратить тебя окончательно в дракона?
У меня перехватило горло, и я стиснула ладонь Ала так, что чуть сама себе больно не сделала (его-то драконьей шкуре у меня в здоровом состоянии вред причинить не получилось бы!). Меня?.. В дракона?..
— Шансы минимальны, — счел нужным обнадежить всех эль Фаррель и добил сверху еще более жизнерадостной нотой: — Но если мы не попробуем, то ты все равно умрешь. А в случае попытки это хотя бы случится быстро, безболезненно и даже незаметно для тебя самой.
От Алвиса фонило желанием свернуть эльфийские уши в трубочку. И нет, щиты у меня были подняты. Но оно не мешало это желание считывать!
— Я согласна, — произнесла я хриплым от волнения голосом.
— Хорошо, — кивнула Маргрит, — в таком случае с этого дня ты переходишь на закрытое проживание. Доступ в палату — только для носителей целительской магии, всем остальным посещения запрещены…
Она посмотрела на Алвиса, на коллег, и решительно произнесла:
— Мы дадим вам пять минут, чтобы… — завершение фразы неловко повисло в воздухе, но драконица быстро нашлась и исправилась: — Чтобы ты избавил Милдрит от своей охраны. На ней не должно оставаться никаких посторонних чар.
А потом она почти что с бормотанием “шу-шу”, выпроводила консилиум из палаты.
Мы остались вдвоем и тишина давила на уши, потому что ничто в мире не заставило бы меня сейчас опустить щиты. Мне своих боли и страха хватает, я не вынесу еще и его!
Губы неожиданно задрожали.
— Жаль? Тебе? — недоуменно переспросил дракон, притягивая меня к себе, обволакивая теплом, запахом, силой.
— Я не хотела, чтобы ты мучился, — я отчаянно заморгала, но слезы все равно покатились по щекам. — Я не думала, что все это будет так.
— Милдрит, — Ал обхватил мое лицо ладонями, стирая большим пальцем слезы. — Сокровище мое, я ни о чем не жалею, а тебе и тем более не надо.
Он помолчал мгновение, а затем произнес спокойно и убежденно:
Я не выдержала ни этих слов, ни этого взгляда и уткнулась в дракона, прячась у него на груди от всего мира, включая его самого. У меня слабое сердце, оно не выдержит!
Алвис тихонечко усмехнулся мне в макушку, а потом я почувствовала, как начинают расползаться нити заклинаний, а с ними тают и мои верные охранники, к которым я привыкла уже настолько, что терять их было ужасно обидно.
— Мне их будет не хватать, — шмыгнула я носом.
— Станешь драконом — я тебе новых сделаю.
Прозвучало это все равно горько…
После знакового предложения целителей прошло две недели. Две тяжелых, наполненных нервным ожиданием, тревогой и душевными метаниями недели.
