1
0Он тихо, но так весело хрюкает. Его колючая, отросшая за день щетина, щекочет мне шею. Мне действительно нравится. И от того, что немного смешно, становится вдруг так легко, словно я знаю его всю жизнь, могу доверять, могу расслабиться.
И я сама расстегиваю его рубашку. Осторожно… у него забинтована рука, но ему это не мешает… И, словно не в силах сдержаться, он рычит снова.
Быстро, нетерпеливо, да, я чуть-чуть не успеваю. Но у меня еще никогда не было так, и прямо захватывает дух.
Когда я провожу пальцами по его спине, по позвоночнику сверху вниз, и под ремень… расстегиваю пряжку… Он вдруг резко подхватывает меня на руки и тащит в кровать.
Я просыпаюсь от того, что меня целуют в нос.
Олин, страшно довольный, разглядывает меня, чуть склонив голову на бок.
— С добрым утром, — говорит он и лезет целоваться снова, ласкаться, словно большой щенок. — Не хотелось тебя будить, но мне пора. Я же не могу сбежать и ничего не сказать тебе. А ты спи тут, никто не помешает.
У него волосы мокрые, он только из душа. Гладко выбритые щеки. Вчерашние шрамы уже посветлели. Он в одних штанах, без рубашки, видно, как у локтя разорвана рука… но уже затянулась. Да, оборотням действительно такие царапины не страшны.
И я невольно тянусь к нему, хочется еще разок обнять.
— Уже уходишь? — шепотом говорю я.
Он широко улыбается.
— Почти… Я думаю, еще минут пятнадцать наш маг сможет подождать. Переживет.
И лезет ко мне под одеяло, подхватывает, обнимает…
Минут через двадцать маг приходит стучать к нам в дверь. И еще минут десять ходит там за дверью и что-то ворчит, Олин обещает ему, что да-да, одну минуточку, но никак не желает оставить меня. Я почти выпихиваю его сама, мне весело.
— Возвращайся скорее.
— Обязательно, — улыбается он.
Когда уходит, наконец, застегивая рубашку на ходу, я долго лежу, слушаю удаляющиеся голоса… И так не хочется вставать… спать хочется, мы почти не спали этой ночью, попробуй с ним поспи!
Я проспала завтрак, встала только к полудню. Немного волновалась — вдруг кто-то заглянет сюда, но, к счастью, никто меня не искал.
Оделась, выглянула осторожно.
Я знаю, что нет ничего такого в том, что я с утра вылезаю из комнаты Олина… но все равно было чуть неловко. Сердце колотилось.
Я уж думала, что мне повезло, когда внизу, на лестнице, увидела Нико.
Глава 18. Спираль Пилмана, божественный ветер и редкостная дурь
— Горячая ночка? — Нико как-то нехорошо ухмылялся, глядя на меня.
Честно говоря, страшно захотелось дать ему по морде.
— Я бы тоже так думал, — у Нико сверкнули глаза. — Но комната Косака как раз над моей, и кровать скрипит страшно. Так что я в курсе.
Уши стремительно начали краснеть. Шушак его задери…
— Нечего завидовать, — буркнула я.
— Думаешь, это был верный способ избавиться от меня? — спросил он.
