– Женщины отбывают срок только в общих колониях, были лишь единичные случаи применения к ним высшей меры. Сколько Арникова провела за решеткой?
– Шесть лет, – ответил Николай.
– Да ладно, – изумился Володя. – За трех жертв, из которых одна ребенок? Кто у нее адвокат? Фея аж с двумя волшебными палочками?
– Защитника предоставило государство, – уточнил компьютерщик, – но спустя пять лет отсидки Надежде стал помогать Степан Дмитриев.
– А-а-а, – протянул Костин, – наслышан о нем. Он сам попал на зону по ложному обвинению, немало времени в бараке провел.
– Арина Виолова, – подсказал Николаша, – я прогуглил его.
– Никогда о такой не слышала, – призналась я.
– Значит, Дмитриев вытащил Арникову из-за решетки, – пробормотал Вова.
– Точно, – согласился Николаша, – я перевернул все дело вверх тормашками, нашел кучу косяков, несовпадений. Сложилось впечатление, что следователь, эксперт, судья – все решили запереть подсудимую на большой срок, и ей впаяли по полной.
– Детям тридцатилетний человек кажется стариком, – вздохнула я, – Надежда Сергеевна в год ареста была молодой. И где она сейчас?
– Живет в своей старой квартире, – пояснил Николай.
– Давай ее адрес, – велел Володя.
В ту же секунду у Костина звякнул телефон.
– У вас на Ватсапе уже, – отрапортовал Николай.
Вовка посмотрел на экран.
– Недалеко от нас! Что означает твоя фраза: «Эклеры с ванильным кремом из кондитерской на углу, чай только «Эрл Грей», две ложечки на одну чашку, без сахара».
Николаша ткнул пальцем в кнопку клавиатуры.
– Арина Борисовна поставила меня в известность о том, с чем хочет у нас чай пить и как его заварить надо.










