Но, думаю, большинство из них с удовольствием остались бы дома рядом с членами своей семьи, соседями, друзьями, в привычном климате и с любимой едой. Сомнительно, что кто-нибудь из них мечтал жить на чужбине в бараке, питаться лапшой быстрого приготовления и тосковать по своей родине. И ведь никто не знает, что его ждет впереди. Русские дворяне, которые после большевистского переворота сбежали во Францию, еще в тысяча девятьсот шестнадцатом году считали себя вполне благополучными. У них были усадьбы, дома в Москве, Петербурге, деньги, титулы и уверенность в завтрашнем дне.
Я добралась до своей квартиры, сбросила уличную обувь, хотела пойти на кухню, но остановилась.
– О чем задумались? – полюбопытствовала Краузе, подходя ко мне.
Я рассказала ей про неприятное знакомство.
– Есть идея! – воскликнула Роза Леопольдовна и убежала.
Я хотела пойти за ней, но тут раздался звонок домофона. Обычно я всегда смотрю на экран, чтобы узнать, кто пришел. Но сейчас почему-то распахнула дверь, забыв о безопасности, и взвизгнула. А вы бы как отреагировали, увидев на пороге… огромного медведя с густой шерстью.
Ноги приросли к плитке, руки перестали мне повиноваться. Топтыгин переминался с лапы на лапу, потом сказал почему-то очень знакомым голосом:
– Добрый день! Я отец Винни-Пуха.
Медведь вытянул вперед лапу, а я отшатнулась.
– Лампа, ты чего, не узнала меня? – обиделся косолапый, схватился за голову, начал вертеть ее в разные стороны и в конце концов снял.
– Зоя! – подпрыгнула я.










