— Хорошо, — покладисто произнес я, — просто Виктория, я лишь хотел сказать, что не испугался, а, наверное, слегка пришел в замешательство, ведь остальные курсаты пошли выбирать сами, а так как и я — курсата, то возникла некоторая двойственность…
— О да, — улыбнулась княжна, прервав мои пространные рассуждения, — двойственность действительно имеет место, я и сама, ни разу еще не вела партнера в такой же форме как и у меня. Так что у нас обоих сегодня новые впечатления.
Мы еще поболтали немного ниочем, слегка прощупывая друг друга, не руками, естественно, пытаясь, скорее определить наличие какого-то взаимного интереса.
Музыка стихла, давая передышку и княжна, извинившись, отправилась обратно в компанию к генерале, а меня, внезапно, со всех сторон обступили парни из Смольного.
— Это же вы, Пётр Иванов!?
Мои ровесники, они смотрели на меня, преисполненные томительного ожидания, и я, не стал их разуверять, коротко кивнув, — Он самый.
Что тут началось.
— Потише, потише. Давайте по одному, а то я просто глохнуть начинаю от вашего хора.
воспитанники и будущие благородные юноши переглянулись между собой, а затем один из них, что побойчей, переглянувшись с другими, произнес, — Вы простите, что мы так сразу, просто очень хотели с вами пообщаться.
— Давай на «ты», — произнес я, — не люблю официоз.
— Хорошо, — парень улыбнулся, сходу переходя на неформальный тон общения, — знаешь, мы так-то не особо смотрим чемпионаты по шарострелу, ну не слишком интересное дело, где женщины расстреливают друг-дружку разными способами, но когда узнали, что будет в одной из команд мужчина, то решили это дело ни в коем случае не пропустить.
— Ну спасибо, — чуть засмущался я, — но мне просто повезло, что противницы меня недооценили.
— Да мы не про них, — улыбаясь ответил парень, — а про твоих сокомандниц.
От неожиданности я слегка закашлялся, а тот продолжал, — Ты бы видел их рожи! Хотя нет, ты как раз видел. Но это удивление переходящее в бешенство. Как эта командира вашей команды на судью кричала. Красною карточку сразу схватила и поделом. Мы, когда смотрели, орали так, что воспитатели прибежали. Думали убивают кого.
— Эм… — протянул я, не зная что на это ответить, — ну, наверно, это хорошо.










