4
0К вечеру собирается Лига Наций, на вопросы которой Советский Союз резонно отвечает, что находится в мире и дружбе с законным финским правительством.
Одна из многих возможностей Второй мировой войны, оставшаяся нереализованной.
10 января, когда Мерецков готовил свое решающее наступление, Гитлер изучал сводки погоды на Западе, а союзники формировали части и соединения для действий в Финляндии и Норвегии, произошел необычный инцидент, имевший далеко идущие последствия. Самолет германского офицера связи, вылетевшего из Мюнстера в Бонн, чтобы выяснить малозначительные детали немецкого плана наступления на Западе, совершил вынужденную посадку в Бельгии. При себе этот офицер связи в звании майора имел не больше не меньше, как детальный план будущей операции. Уничтожить документ не удалось, он попал в руки бельгийских контрразведчиков и вечером того же дня был передан французам и англичанам. Немецкие спецслужбы подтвердили полное рассекречивание плана войны на Западе. Стало очевидно, что необходима совершенно новая оперативная разработка.
«Осенний» план 1939 года, известный как «План ОКХ», представлял собой ухудшенную версию плана Шлиффена. Вновь, как в 1914 году, главный удар наносился через Бельгию (силами группы армий «Б»). На сей раз предполагалось, что противник будет готов к такому развитию событий. Считалось, однако, что Бельгию удастся захватить до того, как союзники окажут ей помощь. Далее предполагалось продвижение на юго-запад «в пределах возможного». План не предусматривал разгрома противника, речь шла только о получении позиционных преимуществ и прикрытии Рура.
Э. Манштейн, начальник штаба группы армий «А», считал такой результат недостаточным и настаивал на иной оперативной идее.
В литературе «План Манштейна», обычно противопоставляют «Плану ОКХ», но в действительности речь идет о двух «эхо-версиях» одного и того же замысла. Сутью является «борьба за темп», выигрыш времени.
В 1914 году Шлиффен считал, что удар через Бельгию будет для противника полной неожиданностью, поэтому наступающее правое крыло немецких войск достигнет в Бельгии и северной Франции решающего успеха раньше, нежели противник организует контрманевр в Лотарингии или Арденнах. В 1940 году надежды на внезапность не было: французское командование было готово к немецкому наступлению в Бельгии и имело предварительную договоренность с бельгийцами, согласующую действия сторон в случае нарушения Германией нейтралитета Бельгии. Собственно, 1-я группа армий и была создана на случай необходимости быстрого вступления крупных сил на бельгийскую территорию.
Но подобный маневр имел ту особенность, что переброска крупных сил в Бельгию неизбежно создавала брешь между северным и восточным крыльями союзников.
