2
0Вот теперь знакомься с результатом своего безответственного отношения к предписаниям лекаря. Ей целых две недели. Имени, правда, пока нет.
Разом обессилевший Шидай рухнул на колени. Шерех улыбнулся, довольный произведённым эффектом.
– Мать её не ищи. Она забрала деньги и вознамерилась выйти замуж за какого-то наивного оборотня. И ей бы не хотелось, чтобы кто-то напоминал о её… тёмном прошлом.
Неожиданно сорвавшись с места, Шидай на карачках добрался до кровати и склонился над малышкой, с жадностью смотря в её личико. Девочка сонно моргала мутными глазками и сыто причмокивала губами. От неё пахло молоком и мокрой шерстью, от одежды. Опёршись на локти по обе стороны от ребёнка, Шидай шумно обнюхал её и замер.
– Здоровенькая, Винеш её осмотрел. Там в корзинке Жаадала насовала одёжки на первое время…
Шидай резко вскинул голову и яростно зарычал на друга. Тот покорно отступил к двери.
–… а внизу кормилица. Ну всё, не сердись, я уже ухожу.
Под утробное рычание Шерех вышел из комнаты и столкнулся с правнуком и его женой. С удовольствием осмотрев их ошеломлённые лица, старик протянул:
– Слышал, вы деток хотели лет через десять? Ну вот на всё воля богов. Разбирайтесь, – и посмеиваясь, зашагал вниз по лестнице.
Майяри осторожно приоткрыла в дверь и в щёлку посмотрела в сторону постели. Господин Шидай, положил голову на постель, смотрел на ребёнка. Потом пошевелился, коснулся губами крохотного кулачка и, встрепенувшись, опять навис над малышкой, с радостной, неуверенной улыбкой ощупывая её ручки, ножки, тельце и личико. Почувствовав чужой взгляд, лекарь яростно ощерился в сторону двери, и Майяри поспешно отскочила.
– Там… Лютый… – она обеспокоенно посмотрела на мужа.
– Ребёнок захочет есть, придёт в себя, – хладнокровно заявил Ранхаш.
– А… – Майяри растерянно и испуганно посмотрела на дверь.
Харен глубоко вдохнул, выдохнул и с непоколебимой уверенностью сказал:
Девушка не столь уверенно кивнула. По крайней мере, это лучшая из всех проблем, что с ними случились. Наверное…
Со двора в открытое окно ворвался особенно истошный детский крик, и Майяри не выдержала и встала. Высунувшись в окно, она посмотрела вниз на маленького взъерошенного сероволосого мальчика и русоволосую девочку, которая выглядела чуть старше. Маленькие разбойники скакали на греющемся на солнышке Лютом, безжалостно дёргая его за уши.
– Хамин! Илая! – рявкнула Майяри, и детки вскинули на неё жёлтые глазки. – Хватит издеваться над дедом и отцом.
Хамин прищурился и шкодливо, украдкой дёрнул дедушку за шерсть. Мать в ответ силами щипнула его за задницу, и мальчишка обиженно вскрикнул. Боги, какой разбойник растёт! Майяри подумала об этом почти с гордостью. В свои пять лет Хамин был весьма бойким и сообразительным мальчиком.
