2
0– И чего это за взгляд такой? Тебе понравится!
– Последним сюрпризом от тебя была лошадь для семилетнего Ранхаша, с которой он свалился через два скачка и разбил себе лоб.
Старик ничуть не смутился.
– Ну раз не хочешь, значит, не подарю, – благородно решил он.
Лекаря это вполне устроило.
– А вообще-то меня послал к тебе Винеш, – повинился Шерех. – Ты ж помнишь, когда он тебя лечил? Ну от раны в грудь.
– Конечно. Долг помню. Осмотреть кого-то нужно? По сердцу что-то?
– Ты не торопись. Ты помнишь, что он тебе запрещал?
Брови Шидая приподнялись в недоумении, и он заподозрил, что друг издевается.
– Да как обычно. Вино, курево и драки.
– Ну баб тоже, но это уж если совсем сил не хватает, – хмыкнул лекарь.
– На баб сил хватает у всех. Он узнал, как ты куролесил в борделе, и велел передать, что в следующий раз ты у него в тюремной камере болеть будешь.
– Шерех, ты зачем приехал? – прищурился Шидай. – Не морочь мне голову.
– Мне просто хотелось похвалиться хорошей новостью. Точнее, – консер наигранно опечалился, – весьма грустной. Представляешь, Руахаш развёлся.
– С Менвиа? – поразился лекарь.
– Ну он был женат только на одной женщине.
– Да как же это его боги надоумили? Столько лет терпел, а тут…
– А тут разозлился. Впервые видел его в таком гневе. Но Менвиа перешла черту. Как только на такое могла пойти женщина её происхождения… Представляешь, она узнала от какой-то своей знакомой… ещё и такие знакомства имеет… что от одного важного оборотня забеременела одна из девочек в борделе. И приплатила той, чтобы она не избавлялась от ребёнка, а родила его и отдала ей, Менвиа. Какую подлость замыслила! Если родится девочка, отдала бы на воспитание в бордель. Если мальчик – какому-нибудь каторжнику, чтобы из него бандит вырос. Папашке отомстить через дитя хотела, вершительница судеб!
– Совсем ничего за душой святого, – осуждающе покачал головой Шидай и замер.
Чуткий слух уловил кряхтение. Шерех встрепенулся, склонился над корзиной и, вытащив мех и шерстяное одеяло, засюсюкал:
– Проснулась? Дедушка здесь. Иди ко мне, моя хорошенькая.
Из глубин корзины старый консер вытащил совсем маленького ребёнка, крохотную малышку, тщательно одетую в тёплую одёжку. Оборотень аккуратно под застывшим взглядом Шидая положил дитя на постель и стащил с маленькой головки шапочку. Надо лбом младенца тут же взвился задорный вихор русых волос.
– Как у тебя, пока не поседел, – Шерех заботливо пригладил чубчик и неожиданно серьёзно посмотрел на Шидая. – Тебе Винеш же сказал, никаких баб! Он тебя сердечным зельем своего изготовления поил, а оно выводит из тела всю дрянь, даже если это не дрянь, а зелье бесплодия. А ты это лекарство почти две недели жрал.
