0
0Шеллен шевельнулся в кресле.
– Детей не будет, если вы об этом, – Алаис и не подумала отрицать.
– Дело ваше, но я рад, что вы знаете о последствиях, – согласился магистр.
– Даже о том, что наши отношения обречены, – согласилась Алаис. – Но лучше иметь и потерять, чем никогда не получить.
– Интересная точка зрения.
– Это сейчас не столь важно. Я не настолько ценна для Луиса, чтобы его можно было мной шантажировать, да и наоборот – тоже. – Алаис взмахнула рукой. – Наши отношения породила не любовь, а одиночество и боль. А вот кем нас можно шантажировать…
Четверо человек переглянулись.
Ни слова не прозвучало в каюте, но…
У Алаис – ребенок. У Шеллена – Далан. У Луиса – брат и сестра. Мало?
И именно сейчас герцоги понимали, что им надо держаться вместе. Обязательно надо. Эх, жаль, не успели поговорить с Карстами, но теперь поздно.
Мирт Карстский стоял на берегу бухты.
Ровно час назад он стал свободным человеком. Не женат, детей нет… есть только герцогство. Преотец ответил, что Лусия пропала, и Мирт решился.
Не смог бы он… просто не смог бы прикоснуться к женщине, которую… которая с его отцом…
Когда он увидит Лусию, он узнает, что произошло.
Море плескалось у ног, вскрикивали тонкими голосами дельфины.
Мирт медленно разделся, вошел в воду и поплыл. Соленая вода поддерживала его тело, вскоре он почувствовал, что не один, и коснулся носа дельфина. Этого крупного самца со шрамом он выделял из всех остальных. Сначала они виделись редко, потом он стал приходить каждый день, они плавали вместе, и дельфин пел Мирту. Подставлял крутой бок, позволяя держаться за себя, если парень уставал, буксировал герцога к берегу, с радостью участвовал в игре, подбрасывая его носом, как мяч…
Мирту это нравилось.
Он ощущал себя как связанный человек, с которого раз за разом спадают невидимые путы. Веревки ли, цепи…
Раньше он видел все, как сквозь воду, а сейчас, с каждым разом, с каждым купанием, мир становился все четче, ярче, красивее…
Наплававшись до сведенных судорогой ног, Мирт позволил себе расслабиться в воде, держась за упругий бок дельфина. Ему было трудно, сложно, иногда больно и тоскливо, но вернуться в прежнее состояние?
Словно почувствовав настроение друга, дельфин ловко вывернулся и ткнул его носом.
И иногда Мирту казалось, что дельфины – намного лучше людей. Честнее уж точно.
Плавание подошло к концу намного быстрее, чем хотелось бы Алаис. Она бы еще пару лет поплавала где-нибудь подальше от всех.
– Не прошло и года. – Алаис поставила ногу на священный песок острова.
