Саид. За гранью

Но даже если бы это случилось раньше, всё равно не вернулся бы за ней. Избавиться и вычеркнуть всё! Чтобы не было никакого соблазна.

Так с чего же он теперь отыскивает её следы? Совесть-то давно уже нечиста. И не должно быть ему никакого дела до этой девки.

Выругавшись, завёл двигатель и рванул с места. Её здесь нет. Значит, не замёрзла. Остальное – не Заура проблемы. Пусть о ней её клиенты парятся или родственники, которые позволили ей стать шлюхой. А ему нет дела.

Она не позвонила. Гордая сука. Или играющая роль гордой. Плевать. Его уже начала подбешивать эта недотрога. Всё ей не так.

Он ей квартиру – она носом водит, он ей деньги – то же самое. Сколько можно, блядь, бегать за этой принцесской? С тем мажором провинциальным она так не выпендривалась.

– Милый, подожди! Я устала! – пропищала под ним девица, упираясь ладонями в грудь. – Ты меня замучил уже. Может, выпьем немножко, а потом продолжим?

Саид скатился с неё, упал на спину и взглянул на часы. Два часа. Два часа он не может насытиться. Даже после того, как кончил, не отпустило. Будто с куклой резиновой, а не с бабой живой. И ощущения какие-то искусственные.

Пока не получит её, не добьётся своего, не сможет успокоиться.

Хаджиев и в этом походил на отца. Ни шагу назад, пока не достигнет цели. Пусть придётся сломать и раскрошить всё вокруг.

– Можешь идти, – швырнул на смятую простынь пару купюр и поднялся, рваными движениями натягивая джинсы.

– Ой, ты такой щедрый, котик, – заурчала девица, слегка царапая его спину. Повёл плечами, сбрасывая с себя её руки.

– Ты оглохла, что ли?

– Ну, как скажешь, – позади послышалось шуршание, и Саид понял: всё это время он хотел, чтобы она свалила. Остаться одному и просчитать свои следующие шаги.

Он не даст Наде спуску, пока не нагнёт её. Пока она не наденет гребаный браслет и не ляжет под него.

Дверь за шлюхой захлопнулась, а он упал на кровать, уставился в потолок с абстракцией, что витиеватыми золотыми нитями расползлась по белоснежной поверхности. Вот правду же говорят, что не в деньгах счастье. Хотя он всегда считал, что в них. Всегда зубами вцеплялся в глотки конкурентам или даже тем, кто мог бы в перспективе ими стать. Даже братьев не жалел, шагая по их головам.

И вот, получил, что хотел. Признание отца, его дела.

Шикарный дом. Уважение и страх и в широких, и в узких кругах. Власть и деньги. Связи и неограниченные возможности. Всё есть. Но в то же время чего-то не хватает. Чего-то, что он никак не может найти. Не может купить или достать эксклюзивно. И когда конкретно накатывает, он сильнее всего ощущает бесполезность всех этих вещей, которые его окружают. И всё безвкусным, пресным становится.

Сорвался, схватил телефон и рубашку, направился к выходу. Если сучка продолжает с ним играть, он сам к ней поедет.

– Магазин полный.