Прайс на мою студентку

И чем-то еще, неуловимо знакомым, из-за чего я сижу уже пятнадцать минут, и смотрю в прострацию, пытаясь вспомнить этот аромат.

— Андрей Оттович, проверяющий закончил.

Я смахнул наваждение из видения Елены, тянущейся ко мне и подставляющей губы, все еще болезненно красные и опухшие. И мой предательский отклик. С чего бы?

Сегодня я заканчивал с пожарниками, в пятницу Роспотребнадзор и можно открывать двери Академии.

— Ну что ж, у вас много критических нарушений. Ознакомьтесь с предписанием и готовьтесь: будет не только штраф, но возможно закрытие учебного заведения.

Сердце ухнуло вниз, но я выдержал паузу, прежде чем принять несколько листов предписания и заговорить.

— Присаживайтесь. Я уверен, что все выявленные недоразумения мы решим. Вера, приготовьте мне чай и…

— Крепкое кофе, — ответил проверяющий, и я, сдержав гримасу, кивнул секретарю.

Вот теперь нужно найти тот пункт, который я «не смогу» исправить по предписанию и узнать «цену», чтобы он не фигурировал в акте.

Закрытый на замок запасной эвакуационный выход. Черт!

Я отметил карандашом инициалы завхоза. Злит, что знал же о проведении проверки и не открыл запасные выходы!

Отсутствуют планы эвакуации в левом крыле на втором и пятом этажах. Это тоже прокол завхоза. И тоже не тянет на закрытие академии, даже на штраф не тянет.

Ширина лестничных пролетов не соответствует стандартам по эвакуации людей в местах массового скопления.

Так-так. Я поднял взгляд на проверяющего, тот цепко следил за мной и моей реакцией. Значит, вот что мне вменить собираются. Ширину лестниц, твою мать!

Лаковое покрытие столов… Отсутствие сертификата подтверждающего степень огнеустойчивости… Эвакуационное освещение неисправно…

Металлические ставни на окнах первого этажа по фасаду здания цельнометаллические, препятствуют эвакуации людей, находящихся в здании.

Ну всё. Я решительно отложил предписание, улыбнулся проверяющему и Вере, накрывающей нам чай и кофе. Как только она вышла, я придвинул ближе к гостю пиалу с печением и конфетами, и аккуратно стал прощупывать почву.

— Вы в нашей академии впервые?

— Какое это имеет значение?

— Абсолютно никакого. Мы не первый год открываем двери для абитуриентов, перед этим каждый раз проходим проверки.

— Это не имеет значения. Стандарты, знаете ли, меняются ежегодно.

Я кивнул, давая ему влить в себя полчашки кофе. Дорого, свежемолотого. Но для хорошего гостя уже ничего не жаль, лишь бы задержался. Эх, мутер бы сюда…

— Да, правила меняют ежегодно, а наше здание — объект исторической архитектуры. Даже снятие… э-э… цельнометаллических ставней, которые на самом деле кованные от восемнадцатого века, нужно согласовывать в городском отделе архитектуры.