Контуженый (СИ)

«— Привет, Тоха! Как у вас там? В отпуск отпустят?

— У нас контракт, сестренка. На шесть месяцев, сейчас пятый.

— Пятый месяц, уже пятый. Захочешь, не забудешь. А Шмелев и Данилин это помнят?

— Таких не знаю. Есть Кит и Шмель. И я давно не Тоха, а Чех.

— Я в вас запуталась, Шмель-Кит, животный мир какой-то. Кто есть кто?

— Если тебе все равно, то и мне. — Злата задумывается и продолжает в следующей строчке: — Тоха, у тебя есть девушка?

— Ага! Стройная, прямая, обычно холодная, а иногда просто огонь. На руках ношу, называется минометом.

— Армейский юмор, ржу не могу. Я тоже знаю. Одна извилина — и та от фуражки! Это про вас?

— Проехали, занесло. А вот будет у тебя девушка, ты кого бы хотел, сына или дочку?

— Говорят, все парни мечтают о мальчиках.

— Ты чего завелась, сестренка?

— Пятый месяц. Можно увидеть.

— Не чего, а кого. Мальчика или девочку.

— Про живот и про то, что в нем.

— Пиши нормально! У меня в ушах гудит после боя.

— Пишу — беременность. Вроде без ошибок. Слышал такое слово?

— На первый вопрос сам ответил. А на второй — тайна покрытая мраком.

— Злата, ты беременна? Пятый месяц?

— Теперь и ты завелся. Пугает слово беременность? Еще есть слово аборт!

— Аборты делает акушер-гинеколог, а я проводница.

— Кто он? Я его знаю?

— Сплошные вопросы, как в викторине. Накидываю варианты: Шмель, Кит, святой дух. Кого бы ты выбрал?

— Палец дрогнул, а получилось, как у меня в голове — два вопросительных знака.

— Кто-то из них? Шмель или Кит?

— «Какая разница». Это твои слова.

— А твои — «если тебе все равно, то и мне»!

— «Пони бегает по кругу и в уме круги считает» — не твои и не мои, но про нашу болтовню.

— Злата, у меня уже ум за разум… — После паузы прямой вопрос Чеха: — Беременна или аборт?

— А Кит и Шмель что бы выбрали для любимой девушки?

— Любимой? Не слышал про таких.

— Еще бы, дур мало… — Теперь уже паузу берет Злата и строчит: — А ты спроси. Если телка залетит, как они поступят? Только про меня не трепись.

— Почему я? Сама спроси.

— Мне поздно спрашивать.

— Блин! Злата! Ты меня запутала! — злится Чех и, успокоившись, продолжает: — Лучше отвечу на первый вопрос: как у вас там? Проще, чем у тебя, сестренка. Потому что живем по приказу, и в голове не бывает вопроса: кто??

— Теперь будет. Слышишь, постукивает. Кто?? Кто??»

На этом диалог обрывается. Чех посчитал, что это тема для рассказа, и сохранил его. А для моей больной головы это тема для раздумий.

Беременность, аборт — про такое девушки не шутят. Шутливый тон Златы — это самозащита. На самом деле в ее душе клокочет вопрос — кто? Кто отец ее ребенка? Она ответила: «тайная покрытая мраком». Тайна для нас или для нее тоже?

А может, в туманных словах доля истины. У меня со Златой случилось ночью в мрачном месте.