0
0Напрягаю память, но не могу вспомнить. А вот имени Русика на братской могиле нет. Это наш оператора беспилотника. Он, хоть и ополченец из ЛНР, но стал полноценным бойцом «группы Вагнера». Где мой минометный расчет, там и Русик. Без беспилотников войну в двадцать первом веке не выиграть. Я припоминаю, что отец Русика бизнесмен из Луганска. Наверное, он забрал тело сына.
На дороге останавливается БМП. На броне четверо бойцов в полной амуниции с шевронами «О» группировки «отважных». Я в камуфляже, но без оружия и опознавательных повязок.
— Кто такой? Чего забыл? — спрашивает боец, не забывая держать незнакомца под прицелом.
Вытягиваю из-под одежды жетон «Группы Вагнер».
— Я Кит из «музыкантов». Вернулся после ранения. К нашим подбросьте.
Боец хлопает по броне рядом с собой и наставляет:
— А наша Бэха после ремонта. По тропке ступай, на обочине мины попадаются.
Мы трясемся на броне, я глотаю пыль и радуюсь, что ребра почти зажили. А вот последние новости с фронта не радуют, и я спрашиваю:
— Чего вдруг отступаем, братцы?
Старлей, старший по званию, сжимает автомат и указывает на клубы дыма за горизонтом:
— Мы бьемся не за территорию, а против армии противника. Кончится их армия, территория перейдет сама собой.
— Побыстрее бы, — вздыхаю я.
— Кутузов тоже отступал, но победил. Нужно терпение и время.
В сумерках меня привозят на линию боевого соприкосновения, где всё указывает на недавний бой.
Старлей «отважных» настроен лирически:
— Бывай, «музыкант». Сегодня ваш «оркестр» выдал мощный концерт под гром «аплодисментов» нашей артиллерии.
— С той стороны новую массовку подгонят.
— И ладно, ты же хотел побыстрее. Огневого реквизита на всех хватит, — обещает «отважный».
Я в расположении «музыкантов Вагнера». Есть новые лица, но многих я знаю. Нахожу Вепря из штурмового отряда. Он чистит пулемет. Рядом босой Хан из бурятов меняет женские прокладки в походных берцах. Незаменимая вещь для сушки обуви. Не сомневаюсь, в его арсенале помимо обезболивающего промедола в шприц-тюбике есть и женские тампоны на случай пулевого ранения. Засунул в рану, тампон разбухает, кровотечение останавливается.
Вепрь замечает меня, смотрит косо:
— Кит приплыл. Ты теперь Контуженый?
— Контуженый, — соглашаюсь я.
— Контуженый хочет в штурм, к больным на всю голову? — Вепрь вроде бы шутит, но без усмешки. Глаза приглядываются ко мне.
— Приехал узнать про свой крайний бой. Сам ничего не помню.
— Мозги отшибло? Не можешь срать, не мучай жопу!
Шутки у Вепря грубые, но бойцам заходит. Рядом посмеиваются. Я настаиваю:
— Вепрь, про тот бой расскажи.
— Так не было боя, Контуженый. Ночью прилетело точнехонько вам по БК. Понял?
Я морщу лоб. Мы израсходовали боекомплект. Я передал по рации заявку. Под ночь подвезли мины.
