8
0То и дело репродуктор бросал в толпу слова команды, и люди, взяв вещи, уходили на посадку. Состав найти было нетрудно: вокруг него толпилась молодежь. Уезжали институты, причем эвакуировались только девушки, ребята всеми правдами и неправдами оставались в Москве, старались уйти на фронт.
Инну немедленно окружили однокурсницы. Сразу же начались какие-то неотложные общественные дела. И пока Игорь помогал матери и бабушке устроиться, пока заталкивал на полки тяжелые, словно набитые кирпичами чемоданы, жену у него увели в штабной вагон. Потом Инна прибежала, смущенно посмотрела на мужа и скрылась, словно растаяла.
– Совсем девчонка, – сквозь слезы произнесла мать, – ну просто ребенок еще. И вот тебе на, замужем. – Она посмотрела на Игоря.
И ему стало нехорошо от этого взгляда. И неловко почему-то стало.
– Я покурить пойду, – сказал он.
– Поди, сынок, поди, – улыбнулась бабушка, – подыми, а то когда еще тронемся.
Она уже обжила место у окна, разложила на столике свои многочисленные кулечки и пакетики.
Муравьев вышел на перрон, и снова его окружила вокзальная неустроенность. Казалось, весь город тронулся в путь. И невеселой была эта дорога.
Внезапно состав дернулся, залязгал буферами.
– Паровоз прицепили! Паровоз! – закричал кто-то.
Люди бросились к вагонам, начали торопливо прощаться.
Вот уже бабушка стучит в окна вагона.
– Граждане! Граждане! Поехали! – стараясь перекрыть шум толпы, кричит кондукторша.
В конце перрона закричал паровоз, тоскливо и гулко.
Он увидел ее, когда поезд медленно поплыл вдоль перрона. Увидел ее заплаканное лицо, тонкую руку, машущую ему. Но вагон прошел, а бежать за ним не давала толпа. Мимо него промчались пассажирские вагоны и теплушки. Промелькнули сотни лиц, и наконец показалась последняя, тормозная площадка. Поезд набирал ход.
С вокзала он поехал в управление. Трамвай долго кружил в лабиринтах улиц. Игорь читал знакомые названия, и как будто ему становилось легче.
До этого он вообще не знал, что такое разлука. Ну, мать уехала, сестра, муж ее, племянницы. Но это было как-то незаметно. Словно они поехали на дачу и должны вернуться через неделю. Отъезд жены (какое непривычное слово «жена»!) впервые породил в нем какую-то непонятную пустоту. Муравьев еще не знал, чем он ее сможет заполнить.
Сидя в кабинете Данилова и отвечая на бесконечные звонки, он все время видел лицо Инны и ее машущую руку.
Ну до чего же нудная работа – дежурить у телефона! Ужас прямо какой-то. Целый день звонят, и все не по делу. Игорь успел уже несколько раз поговорить с дежурным, поругаться с начальником АХО, внимательно выслушать начальника НТО Рассказова. Да, скучное это дело – дежурство. Вот и папиросы кончаются. Кого бы попросить сбегать? Игорь потянулся к телефону, и в это время он зазвонил.
