0
0Ну, будь здоров. Земля, она круглая, придется еще встретиться. Просьба одна у меня к тебе, скорее даже приказ… О том, что видел в немецком тылу, – молчок, забудь напрочь. В штабе твоего корпуса уже знают обо всем, через мое руководство, и лишних вопросов задавать не будут. А подвезти не могу, нам в другую сторону. – Командир протянул для пожатия руку.
Тихон с усилием встал и пожал руку командиру. Судьба свела его с зафронтовой разведкой и так же быстро развела. Героические парни! Наверное, он бы сам не смог так – в чужом тылу, без поддержки своих. Если бы группу случайно обнаружили, полегли бы все. И никто никогда не узнал бы, где и как они сгинули. Не зря поговорка существует: «На миру и смерть красна».
Однофамилец ушел не оборачиваясь, сел в кабину, и грузовик уехал. Судя по всему, их ждали, и такая посадка была не первой – уж больно погрузка вещей в грузовик была отрепетированной.
Тихон сам прошел по опустевшей кабине.
Степаныч приставил стремянку к носу самолета и что-то разглядывал.
– Степаныч, что ищешь?
– Пробоины смотрю. В полете все работало – дырки-то где? А, вот, нашел одну.
К самолету подъехала «полуторка», и Степаныч шустро спустился со стремянки.
Из кабины вышел командир с петлицами капитана, из кузова выпрыгнул старший лейтенант.
Степаныч вытянулся по стойке «смирно»?
– Бортмеханик старшина Елизаров. При выполнении задания экипаж погиб.
– Нам техник доложил. А кто самолет сажал?
– Так товарищ младший сержант Федоров…
Оба командира уставились на Тихона.
– Он из группы, которую забрали. После посадки обстреляли нас, и КВС, и второй пилот убиты были. Он за штурвал сел. И взлетал сам, и весь полет самолет сам вел, и садился тоже он.
КВС – это командир воздушного судна.
– На чем раньше летал, Федоров? – спросил командир.
– На У-2 и Як-1. Истребитель я. Вот мои документы. – И Тихон полез в карман.
Однако старший лейтенант остановил его:
– Не надо, нам оттуда уже звонили, – и показал пальцем наверх, намекая на начальство.
– Время и место неподходящее, младший сержант. Погибшими заниматься надо, оба на боевом задании погибли. Но предложить хочу – переходи к нам в эскадрилью. Самолет – вот он, механик опытный есть. А второго пилота из «безлошадных» найдем.
Тихон такого предложения не ожидал. Он думал – начнут документы проверять, потом возможные ошибки при посадке обсуждать. Непривычное предложение, но лестное.
– Я на транспортнике не летал никогда, случайно получилось, можно сказать – вынужденно.
– Брось, сержант! Ты прирожденный летун, видел я с КДП твою посадку. По номеру на борту – наш самолет. И сел чистенько, притер к полосе, как будто налет большой имеешь. Что истребитель? А у нас серьезная работа, ты уже понял это. И эскадрилья наша отдельная и особая.
