2
0
Моя рука скользит вниз по ткани безразмерной хлопковой сорочки, под которой чувствуется тепло обнаженного юного тела.
Я слежу за движением ладони, а потом накрываю маленькую грудь с острыми твердыми сосками.
Это, блядь, больше наготы возбуждает... Когда она там, под стремной тканью спрятана, и не дается в руку кожа к коже.
Напряженную тугую вершинку ладонью перекатываю. А Милана дрожит. Как котеночек маленький от страха зажимается, но дышать чаще начинает. Приятны ей мои развязные ласки.
Нет. Сегодня ее брать нельзя. Это же начнутся сопли, слезы, разозлит меня только.
А потом уже от меня не отвертится. Так уж и быть, несколько дней дам. На привыкание. Но разрядка все равно нужна. Как мне, так и Милане.
Убираю руки, отпуская девчонку:
– На кровать ложись! – приказываю ей.
– Я не стану, – тихо, но бойко произносит она.
– Станешь, – утверждаю я. – И не только это. Я за информацию о твоем местонахождении десять лямов спустил, так что просить могу чего вздумается.
Наступаю. Милане ничего не остается, как сделать шаг назад, к кровати. Потом еще один. И еще. До тех пор, пока она не упирается в край матраца.
– Сегодня не трону, – обещаю я ей. – Дам возможность поскорбеть. Но разрядиться тебе надо. Напряжение снять. Так легче станет.
– Просто убейте меня! – шепотом просит глупышка.
– Ни за что, – отвечаю я. – Подыхать даже не думай, пока я все твои дырочки не попробую. Теперь-то меня больше ничего не держит. Так что, как это будет, зависит только от тебя. И вариантов масса.
Легонько толкаю Милану в грудь, и она на кровать падает. Затаив дыхание смотрит на меня. Наверное ждет, что накинусь.
И я бы с радостью. Хочу ее до одержимости! В разных позах и в разные места. По-всякому, только бы грязно и пошло.
Запачкать ее хочу своей похотью. С ног до головы вымазать всю. Чтобы орала подо мной и скулила, просила не останавливаться и драть ее, как последнюю сучку.
– Не бойся, – успокаиваю Милану. – Я лишь помочь хочу. Немного расслабить. Дрочила когда-нибудь?
– Что? – чувствую, как паника начинает брать верх над сознанием девчонки, она прекрасно понимает о чем речь, хоть и делает вид, что не знает.
Я тоже решаю подыграть, притворившись, что мне не все равно:
– Играла со своей киской пальчиками? Хоть раз трогала себя там?
– Что? Нет, – девочка качает головой, будто отмахивается от меня, а выражение ее лица становится таким, точно я спросил о чем-то отвратительном.
Не спеша расстегиваю джинсы, снимаю их, даря себе хоть какое-то облегчение. Стаскиваю футболку, обнажаясь перед Миланой практически полностью.
