0
0– Его голос обволакивал хрипотцой словно бархатом, ласкал так же бережно, как и руки, до сих пор гладившие мою грудь.
– Умгу… – В этой фразе был просто предел моих способностей. Больше физически не могла из себя выдавить. Я и пошевелиться до сих пор не могла.
– Давай, отнесу тебя. Ты еле держишься.
– Лучше в душ сразу.
– Нужно сразу. – Во мне начали просыпаться намеки на сознание. Слабые, но все же…
– Нет. Я тебя помою сам, но потом. Сейчас можем оба брякнуться. Оно тебе надо?
Все так же ласково говорил, но непреклонно. А я не могла сопротивляться. Как можно спорить, когда тебя берут на руки и несут в комнату? А ты даже глаза приоткрыть не можешь в расслабленной неге?
Пальмовский безошибочно нашел дверь в спальню. Я спиной ощутила поверхность покрывала, прохладу подушек… Почувствовала, как мужчина опустился рядом, продавливая постель своим весом…
– Так не пойдет. Холодно. – Удивительно, где он брал силы, чтобы копошиться. Встал, выдернул из-под меня одеяло, накрыл, снова устроился рядом. Закинул мою ногу себе на бедро…
Это было приятно до невозможности: ощущать шершавые подушечки пальцев на нежной коже под коленом, легкую щекотку на икрах, поглаживание ступней… По идее, все должно было так начинаться – нежной прелюдией, а потом уже закончиться сексом. Но и так получилось неплохо, пришлось быть честной перед собой.
– Ты долго здесь будешь еще? – Вопрос вырвался сам собой, без моего ведома.
– Хочешь повторить? Я не тороплюсь, успеем еще.
– Слабенький, да? Второй раз не можешь? – Где-то в районе живота трепыхнулся новый огонек возбуждения. Его невозможно было не заметить. Мышцы ног напряглись снова, предвкушая новое удовольствие.
– Ты сейчас вырубишься, Даш. Зачем мне насиловать бессознательное тело? Подожду, когда отдохнешь.
Он словами говорил одно, а всем телом демонстрировал другое. Мы были слишком обнажены и слишком близко прижаты друг к другу, чтобы я не почувствовала, как начал оживать его самый важный орган… Пара миллиметров – и он бы снова начал действовать по назначению.
– Вообще-то, я хотела тебя проводить, закрыть дверь, а потом уснуть спокойно. Не люблю, когда будят… – Даже сейчас, довольная, сытая и разнеженная, ни за что не призналась бы Пальмовскому, что хочу его еще раз. И желательно, не один.
– Лежи и не выпендривайся. – Владислав не позволил мне даже поднять голову, уложил ее обратно на свое плечо. – Ты еле мяукать можешь. Провожать она меня собралась…
– Нефиг было загонять своими заданиями. Я две недели почти не спала. Думала, отдохну хоть сегодня… – Я бурчала, а сама с любопытством изучала пальцами гладкую кожу и мышцы на его груди. Сквозь прикрытые веки смотрела, как он реагирует на каждое легкое прикосновение.
