Вакансия: жена. И ничего личного

Его губы казались единственным спасением от жажды… Но на последнем усилии воли постаралась оттолкнуть, сиплым голосом отказывая…

Смешно. Мы оба прекрасно знали, что слова сейчас ничего не значат. По лицу Пальмовского можно было читать все мысли и желания. Ни одного, которое могло бы значить, что он отступит, я не нашла.

– Нужно, Даша. Очень. – Его голос тоже упал на несколько тонов, был хриплым и грубым.

Я прикрыла глаза, пряча свое поражение под веками. Поражение и ликование. Не хотела, чтобы он знал…

Вторжение твердого языка, ритмичное, уверенное, такое сладкое… Я отвечала с жадностью, как воду пила и никак не могла оторваться. В такт поцелую, который сам уже был как самый жаркий секс, мужчина терся об меня пахом, заставляя подхватывать ритм и двигаться так же…

Обхватила ладонями его шею, большими пальцами поймала пульс на вене, бившийся по-сумасшедшему. Кажется, наши сердца в тот момент одинаково слетали с катушек от напряжения. С наслаждением провела по коже, уже слегка влажной от испарины, зарылась в волосы, потянула его к себе, ближе, ниже, надежнее…

Он в ответ стянул мою майку наверх, задрал на плечи, губами припал к одному соску, потом к другому, втягивая их в рот по очереди, тут же выпуская, перекатывая на языке, прикусывая, посасывая…

Чтобы не упасть, пришлось убрать руки назад, упираясь ими в крышку стиралки, бесстыдно выгибаясь и выставляя себя напоказ. Но никакое смущение даже на секунду не возникло. Мне все нравилось. Хотелось смотреть и запоминать, как темная мужская голова смотрится на фоне моей белой кожи… До чертиков возбуждающе и сексуально… Вот только веки сами смыкались от наслаждения… От этого удовольствие становилось еще острее, а легкая боль от укусов и трения – еще более возбуждающей.

Сама приподнялась, когда он решил стянуть с меня шорты. Они казались чем-то инородным и неправильным, ужасно мешали, от них не терпелось избавиться, и Слава это, наверное, как-то понял…

Медленно, чересчур медленно его руки коснулись пылающей плоти. Я с трудом сдержала себя, чтобы самой не податься навстречу, требовательно и нагло, показывая, чего хочу и как именно. Несколько секунд томительного ожидания, таких коротких и таких невыносимо длинных, и твердые пальцы оказались внутри, готовя меня, растягивая… Подушечкой большого пальца он начал выписывать круги снаружи… От безумия ощущений, долгожданных и таких внезапных, на ногах свело мышцы, пальцы сами подогнулись, кожу на затылке стянуло, простреливая острыми иголочками…

Я пропустила момент, когда он успел раздеться. Возможно, и сама помогала, просто не заметила этого. Сейчас мои ладони скользили по гладкой коже на плечах, предплечьях, спустились к запястьям, крепко их стиснули.