Спасенная репутация

Лицо сто было покрыто шрамами, и улыбка получилась кривобокой, но глаза блестели весело, и Фейт сразу же прониклась к нему симпатией.

– Спасибо, мисс, что спасли мое рагу.

– А откуда вы знаете, что это я?

– Мистер Николас? Чтобы он вспомнил, что надо помешать рагу?

– Я попросил ее снять котелок с огня, – отозвался мистер Блэклок с легким негодованием. – Мисс Меррит, позвольте представить. Этот Фома неверующий – Уилфред Стивенс, а бородатый великан – мистер Дуглас Мактавиш, больше известный как Мак.

Мистер Стивенс тепло улыбнулся ей, пожимая руку, а мистер Мактавиш стоял как изваяние на краю светового круга и проигнорировал руку, которую она ему протянула. Он из-под кустистых рыжих бровей оглядел Фейт с ног до головы.

Фейт поняла: его мнение о ней не лучше, чем у тех мужчин, которые преследовали ее в темноте. Только он не прикоснулся бы к дамочке такого сорта даже десятифунтовым баржевым шестом. Фейт вздернула подбородок и ответила таким же пристальным взглядом.

– Мак? Это мисс Меррит, – повторил мистер Блэклок. Здоровяк неохотно буркнул «здрасьте», прежде чем подозрительно посмотреть на мистера Блэклока.

– У вас вид парня, который подрался, капитан.

Николас Блэклок объяснил про трех преследователей, только назвал их нежеланными гостями и ничего не сказал про свой героизм, упомянул, что Фейт пригрозила негодяям горящей палкой и они убежали. Впрочем, здоровяка это не обмануло, и он бросил на Фейт еще один тяжелый взгляд.

– Ага, гнилое мясо всегда привлекает паразитов.

– Хватит! – рявкнул мистер Блэклок.

– А, ну, пойду удостоверюсь, что «нежеланные гости» действительно ушли. – И он, раздраженно топая, исчез в темноте.

Фейт растерянно заморгала, озадаченная враждебностью здоровяка.

– Не обращайте на него внимания, мисс, – сказал Стивенс, суетясь над котелком. – В последнее время Маку не очень везло с женщинами. Несколько лет назад он пережил разочарование и с тех пор стал похож на большого, больного на голову медведя. Но он больше рявкает, чем кусает.

– Пусть лучше не рявкает и не кусает в моем присутствии, – проговорил Николас Блэклок с мягкой угрозой, когда здоровяк вернулся к костру.

Мак бросил на него ошеломленный взгляд и поспешил сесть.

– Могу я передать вам вина, мисс? – Его голос был ворчливым, но вежливым.

Как мистеру Блэклоку это удается? Он никогда не повышает голоса, говорит мягко и спокойно, и тем не менее она – и теперь очевидно, что и этот великан – подчиняется не задумываясь. «Выпей это. Помешай то. Сиди на этом камне. Оставайся на обед. Будь мил с этой женщиной». Может, дело в его низком, глубоком голосе? Есть в этом голосе что-то завораживающее.

Стивенс подал ей миску с рагу и ломоть хлеба.

– Вот, мисс, ешьте, пока горячее.

– Благодарю вас, мистер Стивенс.