Шепчущий череп

Призрак был высоченным – уже вытянулся вверх метра на два с половиной и все еще продолжал расти. Внешне он напоминал мужскую фигуру – худую, завернутую во что-то наподобие рясы с опущенным капюшоном, который скрывал голову. Призрак вытянулся так высоко, что, казалось, вот-вот уйдет сквозь сводчатый кирпичный потолок и исчезнет в земле. Он висел почти неподвижно, лишь слегка покачивался из стороны в сторону, как готовящаяся к броску змея. Глаза призрака были скрыты под капюшоном, но снизу мне был виден белый костяной подбородок и крупный, перекошенный от злобы рот.

Сначала я не поняла, почему призрак не бросается на сидящего прямо под ним Киппса, но затем увидела еще одну железную цепь – окружавшую тело Бикерстафа. Призрак был заперт внутри этой цепи.

Но даже при этом излучаемая им злоба переполняла камеру. Я чувствовала темную энергию его страстного желания – она была направлена на зеркало и на Джорджа. Обо мне призрак не думал, может быть, вообще не замечал моего присутствия. Однако заметит, как только я появлюсь в камере, а именно это я и собиралась сделать. Я представила, как окажусь лицом к лицу с призраком Бикерстафа, и мне стало не по себе.

Однако нужно было действовать, причем быстро. Пока нет Джоплина, я должна освободить Джорджа. Это удобнее сделать, если я буду налегке. Я пригнулась в темноте и осторожно начала снимать с плеч рюкзак.

– Ты слишком тяжелый, – прошептала я, запихивая рюкзак в свободную ячейку. – Здесь побудешь.

– Прости, но ты останешься здесь. – Я развязала горловину рюкзака, слегка оттянула вниз плотную ткань, чтобы обнажить вершину банки. Плазма в ней полыхала ярким зеленым светом. Передо мной мелькнуло искаженное, перекатывающееся из стороны в сторону лицо.

– Если ты понадобишься, – сказала я, – я приду и заберу тебя. И лучше помогай мне, когда я тебя о чем-то спрашиваю, иначе останешься здесь на веки вечные.

Призрачная фигура за углом продолжала стоять молча и никак не реагировала на этот вопль.

Призрак не шелохнулся. Все его внимание было сосредоточено на костяном стекле и Джордже.

Разумеется, не тот. Как и большинство Гостей первого и второго типов, призрак Эдмунда Бикерстафа обладал ограниченным набором повторяющихся действий, воспроизводивших его былые поступки. Этим же кругом действий ограничивается и сознание призрака – крошечный осколок былого разума. Но объяснять все это черепу у меня просто не было времени. Я неслышно вошла в камеру, быстро огляделась вокруг. Во все стороны отсюда расходились темные, облицованные кирпичом и цементом коридоры. Все было тихо. Никаких следов Джоплина.

Квилл Киппс заметил меня, как только я появилась из-за угла. Вначале он удивился, но тут же принялся кивками подзывать меня к себе.