Шепчущий череп

Бледные привидения повернулись и потянулись вслед за мной. Стол был доверху завален всякой дрянью – пыльными горшками, кусочками ткани, украшениями, книгами, исписанными бумажными листами. Даже если ключ здесь, разве его найдешь вот так сразу? Я в отчаянии вскинула руки. Что мне остается делать? Думать. Только думать.

Это шептал мне череп, его слова слабым эхом долетели до меня из коридора. Я замерла, затем потянулась к своему поясу, но в ту же секунду из темноты стремительно выступила чья-то фигура, и почти сразу я почувствовала, как к моему затылку приставили что-то острое, холодное и очень противное.

– Прошу вас избегать резких движений, мисс Карлайл, – раздался у меня за спиной похожий на козлиное блеянье голос Альберта Джоплина. – Нож чувствуете? Хорошо. Медленно отстегните свой пояс и рапиру.

Я остолбенела, я не могла шевельнуться от страха. Кончик ножа легонько ткнул меня в затылок.

– Пошевеливайтесь. Когда мне перечат – я начинаю нервничать. Начинаю нервничать – у меня потеют руки. Могут соскользнуть, и я вас порежу ненароком. Делайте, что сказал.

Выбора у меня не было… Я отстегнула пояс, и он вместе с рапирой упал на землю.

– Теперь вернитесь назад, к Киппсу. И без глупостей. Я все время буду у вас за спиной.

Я медленно, неохотно, но подчинилась. Запертый в своем железном круге фантом перебрался ближе к цепям. Его рот ухмылялся, были видны неровные редкие зубы.

Киппс кисло взглянул на меня со своего стула.

– Агентство «Локвуд и Компания», как всегда, демонстрирует чудеса расторопности, ловкости и умения, – съехидничал он. – Что там у нас в программе следующим номером? Придет Локвуд, споткнется, навернется и сам себя наколет на свою рапиру?

– Встаньте рядом с Киппсом, – приказал мне Альберт Джоплин. – Положите руки на спинку стула. Сведите кисти вместе. Теперь я дам вам кусок веревки, и вы им… Нет! Делайте, что вам говорят! – Я попыталась повернуться, нож сильнее уколол меня, заставив вскрикнуть от боли. – Так-то лучше, – сказал Джоплин. Несколькими быстрыми, ловкими движениями он прикрутил мои руки к стулу. Я стояла рядом с Киппсом. Руки у меня ныли и начинали неметь, шею жгло. Джоплин отошел прочь.

Он выглядел таким же помятым, как всегда. Волосы напоминали разворошенное бурей воронье гнездо, плечи опущены, спина сгорблена, походка, как у пеликана. Джоплин подошел к Джорджу с коротким широким ножом в одной руке и блокнотом в другой. За ухо Джоплина была заложена шариковая ручка. Он беспрестанно мурлыкал какой-то мотивчик, а когда обернулся, я заметила у него покрасневший опухший нос и царапину на подбородке.

Но это все лирика. Что меня по-настоящему поразило, так это его глаза – темные, ввалившиеся, с неестественно расширенными зрачками.