Ночь наслаждений

– Любой гость был бы в таком же положении, – добавил Дэниел, надеясь, что мисс Уинтер не подумает, будто он оправдывается.

Она попыталась сказать что-то, сдержалась, возможно потому, что это было очередное «конечно». Он терпеливо ждал – она по-прежнему стояла у портрета третьего графа, – готовый просто смотреть на нее, но тут она наконец сказала:

Дэниел кивнул. Движение было грациозным, элегантным и светским – так он делал тысячи раз. Но в душе он был почти сметен волной облегчения. Это было унизительно. Вернее, лишало равновесия.

– Вы не из тех, кто может воспользоваться беспомощностью женщины, – сказала мисс Уинтер, и в этот момент Дэниел все понял.

Кто-то ранил ее. Энн Уинтер знала, что это означает – оказаться во власти кого-то более сильного и могущественного.

Дэниел ощутил, как что-то внутри закаменело от бешенства. Или печали. Или сожаления.

Он не знал, что испытывал в тот момент. Впервые в жизни его мысли были в смятении, путались, накладывались одна на другую, как бесконечно переписываемая история. Он понимал только то, что всеми силами пытается не прижать ее к себе. Тело помнило ее. Ее запах. Ее изгибы. Даже температуру ее кожи.

Дэниел хотел ее. Хотел бесконечно.

Но родственники ждали его к ужину. А предки смотрели сверху из рам, и она – женщина, которую он хотел, – наблюдала за ним с настороженностью, разбивавшей ему сердце.

– Если подождете здесь, – тихо сказал Дэниел, – я позову горничную. Она проводит вас в вашу комнату.

– Спасибо, – прошептала мисс Уинтер, слегка приседая.

Он пошел вперед по галерее, но, сделав несколько шагов, остановился. А когда повернулся, она стояла на том же месте.

– Что-то не так? – спросила она.

– Я просто хочу, чтобы вы знали… – резко бросил граф.

«Что? Что она должна знать?» Он и сам не понимал, почему заговорил.

Он вел себя глупо. Но уже сознавал это. Он стал глупцом с того момента, как встретил ее.

– Лорд Уинстед? – окликнула его мисс Уинтер после того, как прошла целая минута, а он так и не закончил фразы.

– Ничего, – пробормотал Дэниел и снова повернулся, ожидая, что ноги сами вынесут его из галереи. Но они не собирались его нести. Он стоял абсолютно неподвижно, спиной к ней, а внутренний голос вопил о необходимости двигаться. Сделать шаг. Убраться отсюда!

Но вместо этого Дэниел снова повернулся. Какая-то предательская часть души жаждала взглянуть на нее в последний раз.

– Как пожелаете, – тихо ответила мисс Уинтер, и прежде чем Дэниел сумел обдумать свои действия, оказалось, что он возвращается к ней.

– Совершенно верно, – выпалил он.

– Простите? – недоуменно спросила она. Очевидно, ей было очень неловко.

– Как пожелаю. Именно это вы сказали.

– Лорд Уинстед, не думаю…

Он остановился в трех футах от нее. Так, чтобы не дотянуться.