— Мой брат отправился за вашей женой, — сказал Асмунд, увидев лорда. — Но они все еще не вернулись.
— Она могла пойти к озеру, — проговорил Эстергар, впрочем, без особой уверенности в голосе. Он вспомнил про то место на берегу и как Лейлис нашла его там однажды.
— Нет, милорд. Не к озеру, — отрезал Асмунд, и голос у него был жесткий, непререкаемый. Рейвин узнал этот тон — так звучал голос каждого мужчины, готовящегося вот-вот пустить в ход оружие.
«Они недоговаривают что-то, — понял лорд. — Они знают, но не говорят мне».
— Говори милорду то, что сказал мне, — бросил стражнику Асмунд.
— Миледи была нездорова… — повторил Рольф, видимо, отчаянно надеясь, что лорд поймет его и так.
— В полубеспамятном состоянии, почти раздета и с окровавленным свертком. Вот что услышал я, — закончил за него Асмунд. — Теперь прошло уже, должно быть, не меньше часа.
«Не меньше часа…» — Рейвин понимал, почему ему сообщили с таким опозданием — он не приказывал немедленно докладывать ему, если его жена решит выйти из замка, тем более, не приказывал ей препятствовать.
Лорд Рейвин Эстергар родился в Эстергхалле и провел в нем почти всю жизнь, он знал окрестности своего замка, лишь немногим более гостеприимные, чем Брейнденский лес или владения Фержингардов. Пятидесятифутовая крепостная стена, отделяющая жилища людей от леса, была построена неспроста.
Осознание того, что самое невправимое, возможно, уже случилось, и острое, ненавистное чувство собственной беспомощности не позволили впасть в бездеятельное отчаяние. Да, это все его вина — если бы он не ушел, не оставил ее, этого всего не случилось бы, но сейчас не время казнить себя, сейчас ему нужно спасти свою жену.
— Твой брат… он знал, что делает, когда отправлялся за ней? — в натянутом голосе Эстергара прозвучала надежда. Брат Асмунда… Рейвин знал, что с якобы немым юношей что-то не так, но никогда не расспрашивал, оставил им с Асмундом право на тайну.










