Мост через огненную реку

Он полежал еще немного и хлопнул себя по лбу с такой силой, что на мгновение даже стало легче. Ну и дурак! У него же есть орден!

Забыв про головную боль, Энтони кинулся в будуар, где в углу, на особом столике, лежали маршальский жезл и орденская цепь, торопливо зажег свечу и…

Смутные опасения оправдались: солнце на цепи отсутствовало. Там висели только восемь королевских наград, расположенные так, словно девятой никогда и не бывало. Ну еще бы… Они же не дураки! Он прошел в кабинет, заглянул в шкафчик – сам орден находился на месте. Но ведь его носить не будешь – с какой стати? А знака нет…

Едва дождавшись утра, он отправился в город, к своему ювелиру. Увидев на пороге лавки лорда Бейсингема собственной персоной, мастер Элиот на несколько мгновений превратился в каменную статую, но тут же засуетился, забегал по лавке, вытащил откуда-то обитое бархатом кресло, закричал, чтобы принесли вина. Подождав, пока иссякнет поток заботы, Энтони в двух словах изложил, что ему надо.

– Знак мне нужен как можно быстрее. Заплачу втрое, – закончил он.

Мастер Элиот побелел, как занавеска, и вдруг рухнул на колени:

– Пощадите, ваша светлость! – почти без голоса прошептал он.

Теперь в каменную статую превратился уже Энтони. Изготовить орденский знак было самой пустяковой работой. Сколько раз он по рассеянности терял эти побрякушки, и ювелир за день-другой делал ему новые.

– Знак Солнца подделывать! Пощадите, не заставляйте, у меня дети маленькие, – умолял ювелир.

– Замолчи! – рявкнул Энтони. – Хватит трястись. Почему «подделывать»?! Сколько ты мне этих знаков сделал? Или ты не веришь, что у меня есть этот орден!? – угрожающе спросил он.

– Как я могу не верить, ваша светлость! Но ведь у церковников все знаки клейменые. Не дай Бог, увидит кто, что у вас знак без клейма, так ведь не только меня, и вас тоже в Священный Трибунал потянут! Вам что, мало досталось? – он осекся и замолчал, поняв, что наговорил лишнего.

Но Энтони было не до того, он даже не заметил фамильярности мастера.

– Что же мне делать? – растерянно спросил он.

– Подать прошение епископу, чтобы сделали в церковной мастерской, как положено. Да что вы так расстроились-то, ваша светлость? У вас их вон сколько, орденов! Никто и не заметит…

Молча отстранив ювелира, Энтони вышел на площадь. Прошение епископу… да еще этому епископу… да пока его рассмотрят… да пока сделают знак… как раз к маю все и поспеет. А к маю ему уже ничего не будет нужно…

Но это если идти официальным путем. А если иначе? Он принялся вспоминать, нет ли у него или у его друзей хороших знакомств в церковных кругах, никого не вспомнил и окончательно расстроился.