3
0– Раньше о последствиях думать следовало! Сколько денег тебе Розамунда, тварь гадючая, заплатила?
– Нет, нет, нет, ни копеечки! Я просто помогла ей из жалости! Дочку ее Эдмунд изнасиловал и убил. Она мне всю правду открыла.
– Прекрати чушь нести! Старший сын Мартины в самолете погиб, когда в Нью-Йорк летел.
– А-а-а, вам можно ее просто Мартиной звать, а на меня орете.
– Сравнила кирпич с бриллиантом. Я в Олафе с детских лет и ни одного замечания не заработала, а ты без году неделя и уже в историю влипла. Денег не брала у Фихте?
– Что тогда? Чем тебя соблазнили?
– После работы я в аптеку захожу, – прошептала Людмила, – Розамунда мне коробочку с ужином-завтраком дает. Там булочки, пирожные, пицца… всякое такое. Обедаю в Олафе бесплатно. Теперь на еду вообще не трачусь, быстрее кредит выплачу.
– Мерзавка, – с чувством произнесла Элиза, – продалась за плюшки! Кто ты после этого? Как могла общаться с Фихте, которая семью Хансон оболгала из беспричинной ненависти?
За моей спиной послышались шаги, потом топот. Кто-то на крыльце счищал снег с подметок. Я выпрямилась, толкнула входную дверь и увидела Кирилла Григорьевича, отца противной девчонки Гали.
– О! – попятился он. – Здрасте! Как себя чувствуете? Говорят, у вас грипп. Почему вы без маски? Хотите всех заразить?
– Желудок у меня болел, – ответила я, – овсяной каши Беаты не выдержал. Вашему здоровью ничто не угрожает.
– Лампа, вы поправились, – обрадовалась Ирина, поднимаясь на крыльцо, – отличненько! После обеда едем в замок Брюгге. Вам там ужасно понравится. А сейчас ням-ням!
– Замечательно, – воскликнула я и отправилась в столовую.
«Ужасно понравится!» Забавное словосочетание.
Замок Брюгге оказался огромным. Когда наша группа обошла первый этаж, я не чувствовала ног, села на скамеечку, но меня тут же подняла Ирина.
– Скорей, скорей, на втором уровне потрясающая коллекция гобеленов.
Делать нечего, пришлось тащиться вверх по лестнице с высокими ступенями и еще почти три часа шататься по разным залам, рассматривая ковры, люстры, столы-стулья и слушая безостановочную болтовню Ирины. Ладно бы она просто рассказывала, нет, экскурсовод решила прикинуться строгой учительницей – встав около какого-нибудь экспоната, она смотрела на меня и заявляла: «А сейчас Евлампия вспомнит, чем был знаменит король Филипп Красивый». Или: «Лампа, кто придумал коридор?» «Не знаю», – бормотала я, и Ирина пускалась в объяснения. В конце концов она притормозила у большой витрины и завела:
– Перед вами копия ларца княгини Беатрисы. Подлинник, увы, не сохранился. Оригинальную вещь сделали в одна тысяча триста пятнадцатом году.
