3
0Нам не будет места ни здесь, ни в одной из соседних стран.
Во мне забурлило любопытство, звать на помощь сразу расхотелось. Я тихо выдохнула.
– Дорогая, очнись! Он погиб! Рухнул вместе с самолетом в океан.
– Граф Сен Жермен? Воскресший Лазарь?
– Тебе смешно? Это он! Вот посмотри!
Я, чтобы увидеть в щель собеседника Елены, завертела шеей, но просвет располагался низко, приходилось ориентироваться на слух.
– Журнал из Австралии, – продолжала Елена, – его бросил на ресепшен кто-то из туристов. Глянь на обложку. Я чуть не умерла.
– Ничего страшного, – произнес мужчина, – какой-то фермер получил приз за то, что лучше всех стрижет овец.
– Неужели ты не видишь?
– Ну, глаза, рот, нос.
– Это же он!!! Его копия.
– С чего такая глупость тебе в голову пришла? Он давно умер.
– Это он! Он! Я ждала его! Я знала! Чувствовала! Мартина всех обманула! Мы знаем, на что она способна. Он вернулся! Он был на ресепшен! Специально там еженедельник оставил, чтобы я его увидела и скончалась от ужаса!
– Дорогая! Какой-то турист из Австралии купил перед посадкой в самолет журнал, прочитал его, засунул в сумку и забыл о нем. Потом он приехал в Олаф, решил приобрести в магазине что-то на память: кружку с изображением замка, медаль, календарь… полез за кошельком, увидел издание, вынул его и бросил. Где ты журнал нашла?
– В сувенирной лавке на подоконнике!
– Что только подтверждает мою версию. Солнышко, на обложке просто фото местного фермера, победившего в конкурсе.
– Посмотри на лицо! Это он! Боже! Он вернулся! Мы погибли! Он дождался юбилейного сотого бала, чтобы воскреснуть.
– Иди сюда, – велел мужчина.
Послышался звук поцелуя, затем шорох, стон.
Мне стало неудобно. Ну почему сразу, как только пара вошла в библиотеку, я не закричала: «Помогите, достаньте меня из гроба, который невесть зачем поставили в библиотеке». Я подавила вздох. Лампа, будь честной сама с собой, ты любопытнее обезьяны, поэтому, услышав из уст Елены фразу: «Мы погибли! Он отнимет у нас все!», ты мигом забыла о том, что ты сейчас не на работе, а на отдыхе, и принялась подслушивать абсолютно не предназначенную для твоих ушей беседу. Во мне сработал профессионализм сыщика: узнать побольше информации. Я осторожно вздохнула. Лампа, не оправдывай себя, дело не в том, что ты детектив, дело в твоем безбрежном любопытстве. Некрасиво так себя вести. Но что сделано, то сделано. Пара сейчас явно предавалась любовным утехам, в какое положение я поставлю людей, если начну шуметь? Да и сама скончаюсь от смущения. Остается одно: лежать тихо, ждать, пока муж с женой успокоятся и уйдут. Надо же было Елене и Карлу выбрать для игрищ библиотеку.
