Конго Реквием

Этого недостаточно, чтобы судить и тем более казнить. Ты за кого себя принимаешь? За карающий меч правосудия?

Вместо ответа она недовольно надула губы.

– Ты хоть представляешь, как рисковала? Ты больная на всю голову!

Она не спеша открыла сумочку и достала сигареты.

– Так и так он был полным дерьмом, – выдохнула она, прикурив.

– Тебе-то откуда знать?

– Во всяком случае, с женщинами.

Эрван не смог бы сказать, циркулирует ли кровь нормально в его собственном мозгу, – на него напало головокружение, как будто он слишком резко встал. При мысли, что этот гад посмел дотронуться своими лапами до его сестры, он испытал горькое сожаление, что не может его воскресить, чтобы удавить своими руками.

– Как ты это провернула? – спросил он в итоге.

Гаэль изложила ему свой план – фантастическую историю, где смешались паспорт приятельницы, пробка от шампанского, бритвенное лезвие, фокус с обменом стволов. У него мелькнуло исполненное фатализма соображение копа: его коллеги и он сам с ног сбиваются, разыскивая убийц, и вот что им подсовывают – какую-то дикую выходку, нечто среднее между комиксом и адским котлом.

Самым невероятным было то, что у Гаэль все получилось. «Чем грубее, тем вернее», – утверждал Морван. Дело наверняка уже закрыто. Траектория пуль соответствует версии сведения счетов. Швейцарские копы не станут копать глубже. Тем более что это не впервой: в 2001-м Лоран-Дезире Кабила, президент Демократической Республики Конго, был убит собственными телохранителями. Эрван не сомневался, что Гаэль это знала.

Прежде чем закончить, он провел последний смотр признаков идеального преступления:

– В том углу коридора их нет.

Номер примыкает к служебной лестнице.

– На все сто. Никто меня не видел. Никто не знал, что он ждет девочку по вызову, кроме его телохранителей.

– А через кого назначила встречу?

Ну конечно. Ни малейшего риска, что элитный сутенер заговорит. Наверняка он уже принял меры, чтобы добраться до него было невозможно.

– Я взяла билет на имя приятельницы.

Единственная деталь, которая могла бы насторожить швейцарских сыщиков, было имя Морвана, убитого двумя днями раньше в личной вотчине Мумбанзы.

Но Гаэль, воспользовавшись чужим паспортом, избежала именно этого подводного камня. Чем дальше Эрван вникал, тем больше дело представало идеально обтяпанным.

Он заключил, сжав челюсти:

– Поверить не могу, что ты выпуталась целой и невредимой из подобной истории.

Гаэль прикурила новую сигарету: ее лицо вновь побледнело.

– По мне, так это ты смешон, – возразила она, крепко сжимая сигарету губами. – В конце концов, я сделала за тебя твою работу.