10
0– Вечно все та же песня.
Одри сделала вид, что не услышала. Она закурила и выдохнула струйку дыма в сторону Сены.
– Есть другая возможная версия. Знающий любитель. В таком случае он сам приобрел препараты. Я связалась с поставщиками такого рода товара и попросила их просмотреть книги заказов начиная с даты несчастного случая в Греции. В основном они продают только профессионалам.
Двое детей, почерневших и иссохших под своими повязками, всплыли у нее в памяти. Они с Одри обнажили только верхнюю часть маленьких лиц, дальше пойти не смогли.
– Я нашла единственного частника, некоего Томаса Санцио.
– Во всяком случае, в актах гражданского состояния никакого Санцио нет. Ребята, с которыми я разговаривала, ни в какой контакт с ним не вступали – только телефонные звонки и банковские переводы.
– А банковский счет?
– Жду его банковские данные, но без оптимизма.
Еще одно воспоминание заставило ее вздрогнуть: они проверили заодно и урны, прежде чем покинуть склеп, и обнаружили органические останки, совершенно неузнаваемые, – только специалист мог бы определить, которые из них принадлежат малышам.
Она решила добавить оборотов:
– Хватит терять время, давай зададим вопрос самому Кацу.
– Говорю ж тебе, чтобы его вызвать, я…
– Я имела в виду себя. Допрос за уютным ужином.
– А зачем? Он мне оставил сообщение этой ночью: желает видеть меня сегодня вечером.
Перебраться через реку оказалось сложнее, чем они предполагали. Сальво описал несколько кругов, чтобы избежать стремнин, и явно как рулевой оставлял желать лучшего.
В конце концов они причалили к обрывистому склону, подмытому рекой. На берегу трупы. Руки и ноги переплетались с корнями-стропилами и пальмами-стояками, обезглавленные тела плавали в причудливых позах. Была тут и разная техника, слишком тяжелая, чтобы ее можно было утащить, – полузатопленные пушки, увязшие в иле снаряды, непонятные куски металла.
– Что будем дальше делать? – встревожился Сальво.
– Высаживаемся.
Сальво спрыгнул в жижу, скорчив гримасу, и пришвартовал пирогу, старательно увертываясь от тел. Тошнотворный запах отдавал и свежестью зелени, и тлением человеческих останков.
Они вскарабкались по латеритовой стене и выбрались на тропу, идущую вдоль реки.
– По-твоему, где Фаустин? – спросил Эрван, заряжая автомат.
– После каждой атаки фардовцы возвращаются на свою тыловую базу. А вот Интерахамве остаются в бывших шахтерских поселках. Сейчас наверняка обирают мертвых из регулярной армии.
