1
0– И мусора тебя на пленочку снимали, и сам ты признание подписал, груз на себя взвалил…
– А ты что, сам эту пленку видел? – удивился Саша.
– Видел, не видел… Это, брат, не твоя забота. Тут мы вопросы задаем.
– А если навесили на меня? А если прессанули? – это был пробный шар: как среагируете?
– Ну, допустим, после прессовки протокол подписал. Но ведь не в голову тебя ранило, чтобы столько на себя брать!
– От ментов, что я на рынке завалил, мне все одно не отвертеться. Свидетели, вещдоки, экспертиза. А это – конкретная «вышка». И тянуть с ней не стали бы. А так, если других на себя навесить, можно было бы пару лет протянуть. А там, гляди, смертную казнь отменят, что-нибудь да получится…
Законник с перебитым носом выразительно взглянул на соседа по «хате».
– Смотри-ка, как складно выходит… Хитро, а?
Тот согласно кивнул.
– Хитро, хитро… Пожалуй, даже слишком хитро. – Он обернулся к киллеру. – И что дальше думаешь?
– Сейчас другие за меня думают.
– Тоже верно. Но жить-то хочется?
– Кому не хочется? Только кто меня об этом теперь спрашивать будет?
Тускло и холодно светила лампочка под потолком, и слова, скатываясь неторопливыми каплями, казалось, мгновенно леденели.
– Значит, хочешь… – пожевав губами, произнес пожилой. – Тоже правильно… А кенты наши, выходит, не хотели? Что тебе лично Калина такого сделал? Молчишь? Ты ведь его завалил?
– Вы мне все равно не верите, – угрюмо процедил Солоник.
– А ты честно расскажи обо всем. Облегчи душу, хоть на тот свет пойдешь со спокойной совестью… Тебе все равно не жить.
– И что я должен сказать?
– Сперва честно назови всех, кого валил, – насупился молодой.
– Ну хорошо, – Саша положил руки на колени, – всех, кого мне шьют, я и вальнул. До единого.
– По списку, что ли? И кто этот список тебе подсунул?
– Ты что, б…ь, еще не понял, кто перед тобой? Не понял, что на правилку позвали?! – взорвался пожилой, приподнимаясь из-за стола.
Солоник поджал губы.
– Мы тут все догадливые. А ты – фуфел, мусор поганый… Да от тебя до сих пор мусарней на километр разит! – Немного успокоившись, законник взглянул на допрашиваемого исподлобья и спросил: – Ну, так что скажешь?
– О тех, кого валил.
– Я еще не выучил список. Следак обещал через неделю нарисовать.
– Ты нам его через десять минут сам скажешь, – сквозь зубы процедил молодой.
– Да хоть через десять секунд! Ты только намекни, кого мне на себя брать, я и соглашусь. А ты своим «шестеркам» кивнешь – фас, рвите его на части… Только нехорошая тут картинка получается, – Солоник понял: сейчас самое время выложить на стол загодя заготовленный козырь – единственный в этой беседе. – Я следаку так и сказал: менты те на рынке – мои. Я их вальнул. Никак не отвертеться – «волыну» у меня забрали. А остальных на меня не вешайте.
