3
0— Хватит! — пунцовая от стыда, воскликнула Анна, опуская глаза и смущенно перебирая пальцами.
— До сих удивляюсь, — нежно усмехнулся Хасин, поднимая пальцами ее подбородок и заставляя смотреть на себя, — как ты смогла остаться столь невинной и наивной в подобном месте?
— Мне все это не интересно. Я едва выхожу из своих покоев, едва с кем-то общаюсь, — пожала плечами девушка. — И мне все нравится! — уверенно ответила она, даже немного вскинув подборок. — Зато на мне нет всей это грязи и фальши, лжи и лицемерия!
— Порой я очень сомневаюсь, что ты родилась в то время и в том месте, — хмыкнул демон. — Еще несколько веков назад — и тебе было бы куда проще.
— Но я живу здесь и сейчас.
— Верно. И тебе лучше адаптироваться в мире, в котором ты живешь, а не избегать его, — посоветовал Хасин, с намеком глядя на нее.
— Что ты мне предлагаешь? — возмущенно воскликнула Анна. — Вести себя подобно Лили? Я никогда не смогу…так. Она смелая, раскованная. Я не такая.
— Я говорю не об этом, — мягко хмыкнул Хасин, понимая, что его намек Анна поняла в несколько однозначном свете. — Я не говорю, что ты должна погрузиться в мир, который тебя окружает. Я сказал о том, что ты должна его познать. И явно не на собственном опыте. Просто смотри, изучай, наблюдай — этого будет вполне достаточно: ты умная девочка, и тебе нет нужды совершать собственные ошибки. Тебя не должны пугать откровенные вещи, тебя не должны пугать мерзкие вещи, тебя не должно отталкивать лицемерие — вот ему тебе необходимо будет научиться.
— Зачем? — проворчала недовольно Анна.
— Потому что ты принцесса. Потому что ты станешь женой наследного принца. Это политика, экономика, власть — и без лицемерия ты не добьешься ничего. Научись играть, научись притворяться, добиваться своего любыми путями — и ты станешь сильной. Никто больше не посмеет обидеть тебя, никто не станет осмеивать и издеваться.
— И как рано этому научился ты? — проницательно посмотрела на горько усмехнувшегося ее словам Бастарда девушка.
— Слишком рано, моя Амани. Но и очень быстро я стал тем, кого называют неуязвимым. Ты же слишком слаба в глазах окружающих. И твоя сегодняшняя жалость еще не однажды тебе аукнется, — со вздохом покачал головой Хасин.
Он устало прикрыл глаза и откинулся на спину, вольготно лежа на ее кровати, заложив руки за голову.
— Тебе нужно научиться безжалостности, Анна, — не открывая глаз, произнес беловолосый демон. — Иначе до конца жизни ты будешь в положении безвольной жертвы. И здесь ты бы выжила. Но не у демонов. Им нельзя показать свою слабость и доброту, свой свет. Иначе слишком быстро появятся те, кто захочет этим воспользоваться, осквернить или уничтожить. А это твоя суть — без этого не будет самой тебя.
