Проклятое дитя

Один за одним Хасин называл имена, а зеркало отражало то, что пряталось за лоском, блеском, манерами и происхождением. Вскрики людей за спиной, нарастающий гомон, возмущения и стоны отчаяния — Анна лишь слышала все это, не смея поворачиваться лицом к тому, что могла увидеть.

Принцесса слышала, как люди пытались выйти из большой залы, но Темные Стражи не выпустили никого. В Хасина летели угрозы и приказы, а он спокойно называл одно имя за другим, срывая маски фальши и благопристойности. Измены, заговоры, интриги, постыдные увлечения и нарушение законов, низменные привычки и ужасающее поведение, спрятанное под покровом знатного имени — чего только ни показало зеркало за полчаса. Плач, мольбы, отчаяние и злоба заполнили весь зал, который гудел, и это гул все нарастал. Шокированные, униженные, оскорбленные, удивленные и разбитые — никто не остался спокойным или не задетым. Если не было названо имени — были открыты вещи, которые подрывали доверие, руша дружбу и любовь. Если имя прозвучало — панические вскрики, ярое отрицание увиденного, а после слезы и отчаяние.

Никто не смотрел на Анну, которая ушла за спины братьев, закрыв глаза и уши, чтобы не видеть и не слышать этого ужаса за спиной. Но не услышать голос Хасина, когда он начал говорить следующее имя, было нельзя:

— Принцесса Лили Ро….

— Нет, Хасин! — вскрикнула Анна, сорвавшись с места еще до того, как кто-то другой успел отреагировать.

Тамир подался вперед, желая остановить демона, королева в панике вскочила со своего места, но все это уже после того, как Анне слетела с возвышения и кинулась к своему демону, буквально повиснув на его шее и оказавшись в его руках, зашептав лихорадочно ему на ухо:

— Прошу тебя — не надо, — рыдания срывались с ее губ. — Прошу, Хасин!!! Не делай этого!!! Хватит!! Не нужно больше!! Прошу тебя!! Пожалуйста!!

Демон замер на миг, прикрыв глаза. А после мягко обнял Анну, которая тут же заплакала от облегчения, видя в нежном прикосновении его рук к своему телу удовлетворение своей просьбы.

Щелчок пальцев Хасина — и Темные Стражи исчезли, открывая двери из зала, проекции пропали, так же как и зеркало. Глядя поверх головы Анны, Хасин встретил взгляды королевской семьи, направленные на них с девушкой: осуждение, паника, испуг, ненависть и страх. А в глазах Тамира бесконечная усталость и только. Он не был удивлен тем, что видел — не мальчик и многое повидал. Он не был удивлен предательствами и заговорами, что показало зеркало — не единожды раскрывал их и о многих знал заранее. Не был даже задет за живое, когда демон начал произносить имя его дочери. Лишь усталость и признание вины.

С криками, плачем и руганью придворные покидали зал.