Проклятое дитя

— Этого ты добивалась, хлестая Таша? — зло спросила Анна весело улыбающуюся сестру, которая даже не скрывала своих намерений и недостойного поведения.

— Именно, — довольно улыбнулась девушка.

— Урок на будущее, — раздался леденящий душу голос Хасина за спиной Анны, и принцесса Лили и ее подруги, неприятно удивленные замерли на месте, с их лиц исчезли злые насмешки, сменившись откровенным страхом. — Адский пес никогда не нападет, если хозяин не прикажет. Даже чтобы сохранить собственную жизнь.

Прищур демона заставлял девушек широко распахивать глаза и нервно сглатывать. Они тут же опустили головы, пряча лица от пронзительного взгляда Бастарда.

— Таш, — позвал Хасин, не отрывая взгляда от девушек, а по лицу растягивалась дикая в своей кровожадности усмешка.

Пес тут же появился из-за спины демона и угрожающе зарычал. И свора девиц, оглушительно визжа, рванула прочь от конюшни, оставляя Лили на растерзание демона. Принцесса проводила их презрительным взглядом, спокойно оставшись стоять на месте.

— Анна никогда не прикажет, — самодовольно хмыкнула девушка, складывая руки на груди.

— Ваши подруги вам не под стать — ума не хватает, — хмыкнул Хасин.

— Ваша знаменитая усмешка действует на многих безотказно. И даже банальная игра слов останется непонятой.

— Вы что-то хотели, Ваше Высочество? — холодно спросил беловолосый демон, принимая из рук подошедшего Фарха поводья Ноана.

— Ничего, — и принцесса ушла.

Лошади и пес тут же прекратили выражать свое недовольство от присутствия чужаков. Таш умчался гулять и охотиться, а эрхи нетерпеливо были копытами, взрывая землю, желая пробежки и разминки.

— Ну что, поехали? — как ни в чем не бывало, улыбнулся Анне Хасин, получив в ответ слабое подобие улыбки и кивок. — Анна, — неодобрительно посмотрел на девушку юноша.

— Ты накажешь их? — волнительно кусая губу и уже не пряча сожаления и мольбы о пощаде для своих недругов, тихо спросила принцесса.

— Не скрывай ты от меня подобное, их наказание было бы меньшим, — холодно отчеканил Хасин, а лицо снова приобрело черты безжалостности и холодности, с которыми она сама лично не сталкивалась ни разу.

И видеть Хасина таким было непривычно. Но отнюдь не пугающе — ее Хасин не обидит никогда и ни при каких обстоятельствах: кто угодно, но не он — единственный друг, который всегда относился к ней с осторожностью, нежностью и заботой.

— Не нужно, Хасин. Прошу тебя, — коснулась его руки Анна, заставляя посмотреть на себя. — Будет только хуже, — тихо добавила она.

— Хуже лишь тебе, Анна, — безжалостно ответил демон, недовольно глядя на нее.

— Тебе не жить здесь! — сорвалась на крик Анна.