Вся ложь

— Почему ты не сказал мне раньше?

Моя нижняя губа дрожит.

Его кулак сжимается, но он продолжает молчать.

Мою кожу покалывает от сдерживаемой энергии, когда он вот так игнорирует меня.

— Что мне теперь делать? — бормочу я. — Как я должен просить прощения или двигаться вперед, если не знаю, с кем или с чем я столкнулась?

— Уверен, что они покажут себя.

Он вытирает остатки моих слез большим пальцем.

— А что, если они этого не сделают?”

— Ты сильная, королева выпускного. Ты сбегала от них три раза, не так ли?

— Как думаешь, как долго я смогу оставаться сильной? Что, если я слаба внутри? — я шмыгаю носом, встречаясь с ним взглядом. — Ты позволишь мне опереться на тебя?

Он останавливается у моей щеки, прежде чем возобновить свои действия.

— Зачем тебе это нужно?

— Мне просто это нужно, хорошо? — я протягиваю руку и обнимаю его за талию, моя голова прижимается к его сердцебиению. — Не отталкивай меня, Эш.

— Как бы то ни было, Эш лучше.

Я крепче обнимаю его за узкую, рельефную талию. Мой нос утыкается в его футболку, и я вдыхаю его, его аромат сандалового дерева и его тепло. Я больше не хочу быть отдельно от него. Не хочу бороться с чувствами, которые у меня возникли к нему.

— Ты играешь с огнем, Рейна, — говорит он тихо, почти извиняющимся тоном.

— Тогда я просто сгорю.

Ему требуется несколько секунд, прежде чем он обнимает меня одной рукой за спину, а другой гладит по голове.

Он притягивает меня к себе и позволяет мне устроиться в изгибе его тела, моя шея спрятана в его шее, а ноги уютно устроились между его ногами.

— Просто поспи, — бормочет он мне в голову, целомудренно целуя в макушку.

Когда я закрываю глаза, я знаю, что буду спать так хорошо, как никогда раньше.

Потому что я наконец-то чувствую, что принадлежу этому месту.

Мои глаза распахиваются навстречу темноте.

Глубокой, неконтролируемое тьме.

Я открываю рот, чтобы закричать, но не издаю ни звука. Тяжелая тяжесть ложится мне на грудь, смещаясь, будто вот-вот прорвется наружу.

Вот тогда я понимаю, что не дышу. Ничто не душит мой воздух, так почему, черт возьми, я не дышу?

Мои легкие начинают работать от этого голоса. Этот низкий, твердый голос с легкой хрипотцой.

Комнату освещает свет, и вместе с ним мои легкие восстанавливают функции. Я хватаю ртом воздух, словно тону, и теперь наконец вижу поверхность.

Сильные руки держат меня в стальной клетке, когда я вдыхаю и выдыхаю.

Сандаловое дерево и цитрусы.