8
0
Несколько минут после того, как мы остаёмся одни, каждый из нас молчит, думая о своём. И ему тяжело, и мне тоже.
– Я был с вами груб, – начинает он первый, опускаясь в моё кресло. – Приношу извинения. Вы ни в чём не виноваты, я признаю это безоговорочно, но, честно говоря, ваши слова меня ошеломили. Это, просто первая защитная реакция, не более. К тому же вы говорили так громко... Будто хотели, чтобы все услышали.
– Мне терять нечего, смысл шептать?
– Не стыдно перед людьми будет за измену мужа? – удивляется. – А особенно, при условии, что вы начальница моей дочери были и будете.
– А должно быть мне стыдно, считаете? Это же он и ваша дочь - предатели, а не я.
– Вы испортите ей репутацию в клинике.
– Плевать.
– А мне нет. Она ведь не только ваша сотрудница. Она моя дочь.
– В клинике она не ваша дочь. Плевала я на вашу родственную связь, если мы говорим о профессионализме. Кстати, её профессионализм сильно хромает. Я жалею уже, что согласилась и пообещала вам и дальше её обучать, только уже не в стенах городской больницы, а здесь. Надо было ещё там, на старой работе Ларису под зад коленкой выгнать за неправильные назначения по лечению пациентов и халатное заполнение документов.
– Уверен, вы говорите на эмоциях, преувеличивая масштаб бедствия. Я вас понимаю, в вас сейчас говорит, нет, кричит обиженная женщина, но я прошу успокоить её. И всё-таки насчёт Лары… я бы предпочёл, чтобы это осталось между нами. Постараюсь убедить дочь прекратить эту связь. А как вы с мужем...
– Вряд ли у нас останется будущее после этого, – перебиваю. – Вам тоже придётся решать вопрос с ним.
– Не сомневайтесь, с этим вопросом я разберусь, – в его глазах вспыхивает новая порция злости.
– Кстати, насчёт вашей усмешки по поводу моей доли – это мне показалось или...?
Глава 5.
Глава 5.
Он не успевает ответить – дверь распахивается. Моё сердце начинает трепетать в волнении предстоящего разговора. Но не из-за того, какие слова я боюсь услышать от собственного супруга, а оттого, что может, и скажет мне Воронов. Он сам сказал: «скоро всё узнаете». Вот я и намереваюсь прямо здесь и сейчас узнать это «всё». По крайней мере, очень на это надеюсь!
Я настроена критически, и пока мне не ответят на вопрос о долях, я не уйду.
Эти два предателя входят, держась за руки. Позади, следом семенит мать девушки, её лицо искажено тревогой. Я понимаю её как мать, но не понимаю её как женщина. У нас же тоже растёт дочь, и я даже не представляю, чтобы я сделала на её месте, окажись в аналогичной ситуации.
А Артур? Интересно, как бы он отреагировал, если бы его дочь встречалась с женатым мужчиной? Впрочем, я сейчас не о том совсем.
– Саша, прошу... Будь помягче с дочкой! – подходит к столу, говорит приглушённо, но я слышу. – Не обижай её ради... этой...
