8
0
– А зачем же тогда вы связались с нами? – не понимаю, правда.
– Ради дочери. Ей захотелось, чтобы я прикупил клинику, ну я и ввязался… на свою голову. Знакомых у меня в этой сфере нет. Ваш муж шарит в таких вопросах. Вы тем более – профессионал. А так мне ваш мужик не нужен ни в каком качестве. Я его в своё окружение никогда не выведу. А насчёт вашей супружеской доли в клинике, между прочим, тоже не всё гладко.
Воронов говорит это неожиданно, а затем усмехается. А мне от этого смеха почему-то становится не по себе.
– Кстати, мужу своему тоже наберите, раз он… участник событий. В рожу с удовольствием дам ему, если этот урод предал меня и позарился на то, что нельзя.
– Ой, а я на это посмотрю! И, кажется, получу от этого своё удовольствие, – сквозь боль, которую пытаюсь всё-таки скрыть от них, говорю вслух.
– А вы язва, Марта Викторовна! Никогда бы не подумал так о вас, но теперь вижу, что это так, – даже, кажется, удивляется.
Ничего не отвечаю ему на его «комплимент», достаю телефон и набираю номер мужа. В отличие от своей пассии, он поднимает трубку сразу.
– Вы вместе? – спрашиваю его, когда берёт трубку, зная, что поймёт подтекст: с любовницей ли он сейчас.
– Вместе, – уверенно отвечает. – Скоро будем.
Меня смущает, как он ровно теперь разговаривает. В голове стучит набат, что эта ситуация очень много изменит для нас. И не только в части вопроса семейной жизни, но и в других."
"Ловлю себя на мысли, что Артур откроется для меня с такой стороны, которую я не знала. И от неё, как мне подсказывает интуиция, я буду в полном шоке.
Ну а как иначе, если он скрывал так искусно связь с дочерью своего партнёра, и ни я, ни Воронов, ни его охрана тем более ничего не знали про эти отношения?
А это, кстати, при условии такого количества лишнего народа рядом надо очень постараться!
– Пойдёмте в клинику, Марта Викторовна, – спокойно берёт меня под локоть партнёр мужа. И теперь совсем не грубо.
Видимо, поуспокоился, пока мы говорили эти несколько минут. Он указывает головой в сторону здания.
– Нам предстоит крайне неприятный разговор. Честно, признаюсь вам, я растерян. Хотя... учитывая характер моей дочери, всё ожидаемо. Дурочка... – вздыхает. – Может натворить такое, что потом не разберёшь. На ней же потом из наших хрен, кто женится после этого идиота с его провальной репутацией, – рассуждает вслух, но потом замолкает.
– О какой провальной репутации идёт речь? – хочу уточнить.
– Его репутации. Впрочем, скоро сами всё узнаете.
Мы идём к зданию, а его жена остаётся снаружи, беспокойно озираясь. Видимо, хочет первой встретить дочь и поговорить с ней до отцовского допроса.
– Позволите? – кивает на мой кабинет, спрашивая разрешения поговорить там.
– Без разницы.
