10
0Он мельком посмотрел на бизнесмена, и тот под этим взглядом сжался, словно пытаясь стать меньше ростом.
– Да. Александр Федорович, мне надо с вами поговорить.
– Что-то еще случилось?
– Нет, – поспешила успокоить его Саша. – Вернее, случилось, но давно.
– Давайте прогуляемся, – предложил Аржанов. – Дойдем до реки. Если вы не очень тепло одеты, то в машине есть пледы.
– Нет, все в порядке, – заверила Саша.
– Дмитрий, передайте Злате, что я скоро вернусь. Господин Матицын, если у вас ко мне срочное дело, то подождите. Если нет, то я назначу вам аудиенцию вечером, после ужина.
Он так и сказал – аудиенцию. Звучало солидно и уничижительно одновременно. По крайней мере, уши у Матицына вспыхнули.
– Я с вашего разрешения осмотрю усадьбу и вернусь на базу. Согласен поговорить вечером.
– Вот и отлично. После ужина я сам вас найду. А пока можете осматривать тут все, что захотите. Мне не жалко.
Не обращая больше ни малейшего внимания на рассыпавшегося в благодарностях бизнесмена, Аржанов сделал приглашающий жест, и они с Александрой пошли по тропинке, ведущей к реке.
– О чем вы хотели поговорить, Саша?
– Александр Федорович, когда вы узнали о том, что являетесь потомком владельцев этой усадьбы? – бухнула она без церемоний.
С этим человеком недомолвки все равно были бессмысленны. Она была уверена, что он читает других людей, как открытую книгу. Аржанов не остановился, просто искоса посмотрел на нее.
– Браво, признаться, я вас недооценил. Откуда вы об этом знаете?
– Потом обязательно расскажу, – пообещала Саша. – Но, чур, вы первый.
– Хорошо. – Аржанов вздохнул. – О том, что наши корни отсюда, я с самого детства знал. Мама рассказывала. Ее отец умер, когда она еще совсем маленькая была. Фронтовые раны. Она была поздним ребенком, так что воспоминания об отце у нее остались скудные. Разумеется, она о нем у матери своей, моей бабушки, выспрашивала. Но та знала немного. Лишь то, что у деда происхождение дворянское и у его семьи даже усадьба была. Неподалеку от деревни Глухая Квохта. Мама моя всю свою жизнь мечтала сюда приехать, чтобы своими глазами увидеть дом, в котором дед родился и вырос. Но, разумеется, так и не смогла этого сделать.
– Почему? – не поняла Саша.
– Видите ли, я вырос в неблагополучной семье. Мама рано осталась круглой сиротой. Бабушки не стало, когда ей шестнадцать только-только исполнилось. Она устроилась в леспромхоз уборщицей. Без образования, без связей. Замуж выскочила рано, как только позвали. И вскоре мой отец начал пить. Запойно. Страшно. Он очень быстро окончательно опустился. Просто до скотского состояния. Нигде не работал, у матери получку отбирал и пропивал. А нас у родителей было четверо. И мы жили в беспросветной нищете.
