4
0— Уберешь снег, растопишь камин, — сказал колдун, как пригвоздил меня к полу. — Я так решил.
Он ушел, а я и стояла посреди комнаты на коленях. Нет, я не останусь. Пусть хоть толпа призраков погонится за мной! Воспоминание о ледяных чудовищах окончательно лишили меня разума.
Теперь у меня есть сапоги, а возчика можно нанять в долг!
Надо только забрать из спальни шубу и шапку!
Я выглянула из кабинета, но в коридоре и на лестнице было пусто.
Крадучись, я принялась подниматься по лестнице. Спальня находилась на четвертом этаже, но я миновала один пролет, второй, восьмой, десятый — а нужного коридора все не было. В конце концов, я уткнулась в огромное зеркало в ореховой раме, которого раньше не видела, и почувствовала, что попала в ловушку.
— Собираешься убежать? Глупо, — раздалось за спиной.
Я оглянулась. На перилах полулежал, подперев голову, призрак… вернее, дух зимы — тот, что тащил меня к Близару, мужчина с бородкой, перевязанной ленточкой. И он говорил со мной…
Я помчалась по ступеням вниз, едва не повизгивая от ужаса. Почему-то уже через три лестничных пролета я добралась до первого этажа. Здесь здравый смысл меня совсем покинул, и я бросилась к двери — скорее, скорее прочь из этого страшного дома!
Но вместо арочных дверей я обнаружила только гладкую гранитную стену. Не веря глазам, я обшаривала ее в поисках дверного кольца, когда послышались осторожное покашливание и уже знакомый голос:
— Прости, малыш, совсем не хотел тебя пугать…
Он парил рядом со мной — искрящийся, как снег, поднятый в воздух ветром, полупрозрачный — сквозь него можно было разглядеть вход в кухонный коридор — и… живой!
Словно мышь, убегающая от кота, я бестолково метнулась в сторону и вбежала в зал, который сегодня приводила в порядок. Заперев за собой дверь, я схватила первое, что попало под руку — метлу! — ожидая нападения. Но все было тихо, и никто не пытался сломать дверь, и никто больше не говорил со мной… Малыш?.. С чего это оно вздумало называть меня малышом?!.
— Может, прекратишь бояться? — раздался вкрадчивый голос возле самого моего уха. — Я ведь уже извинился.
Я отпрыгнула, выставив метлу, как копье. Но дух, непостижимым образом проникший в запертую комнату, только усмехнулся, покосившись на мое оружие, заложил руки за спину и пролетел кругом по залу, поднимаясь все выше.
Полет завораживал — как будто надо мной кружилась метель. Но кружилась не беспорядочно, метаясь туда-сюда, а словно танцевала, плавно покачиваясь и перетекая серебристыми клубами.
Это было… невероятно красиво. И я смотрела на этот танец-кружение, открыв рот.
— Ты и правда думала отбиться от меня метлой? — спросил дух, удобно повисая на факельном кольце, вбитое в стену.
