2
0— Ты красивая…
— Красота в глазах смотрящего, — желчно отозвалась она. — А ещё красота — в словах льстеца. Говорите правду, я пойму, если услышу ложь. Я — обезображена? Долгим лежанием в коме, погребальным костром, бог знает чем ещё. Это — так.
— Нет, — сразу сказал сЧай, не отводя взгляда.
Наверное, именно так выглядит «истинный взор» изнутри. Магическое зрение, не оставляющее шансов кому-либо утаить правду или погрешить в ответе против истины, неожиданно впервые причинило боль. Не привычную уже боль искалеченного тела, которую Хрийз научилась, стиснув зубы, задвигать на задворки сознания, а вдвойне страшную боль души. Которую не известно, какой магией и какими зельями глушить.
— Тогда что со мной не так?
сЧай тихо вздохнул, прикрыл глаза, потом сказал твёрдо:
— Всё так, ваша светлость. Как надо.
— А вот эта стена стеклянная сейчас между нами, — тоже как надо? — спросила она.
— Нет, — ответил он. — Но её, кажется, строишь ты.
— Это я сейчас сказала про племянника вашего врага? — изумилась Хрийз.
— Это ты сейчас накручиваешь сама себя, — объяснил сЧай. — Не делай так.
Хрийз отвернулась. Выдохнула. Заговорила лихорадочно, ломая пальцы:
— Со мной что-то происходит, что-то страшное. Я какая-то как не я вовсе! А вы все молчите, вы что-то знаете… и в зеркало мне смотреться запретили… значит, что-то во мне не так, выгляжу страшно и… и… и что-то ещё… сЧай, пожалуйста! Хоть вы от меня ничего не скрывайте! Я должна, должна знать! Что со мной не так. А что-то не так, я знаю, я чувствую!
сЧай снова обнял её за плечи, она приникла к нему, вцепилась, как тонущий человек цепляется в последние, способные подарить хотя бы тень надежды на спасение, обломки. Его рука — по волосам, по плечам, его любовь, как горный прохладный поток на измученную душу… конечно же, шутка была про то, что кто-то другой может понравиться… шутка и да, всё-таки страх потерять снова… и что-то ещё, что не определялось никак, но было, было, было…
— Мне нужно увидеть себя, — внезапно решила Хрийз. — Несмотря на запрет. Я должна себя увидеть! Сихар говорит, что опасно, но я уже достаточно окрепла. Я справлюсь!
— Я бы не стал нарушать указание целителя, — нехотя ответил сЧай. — Сихар виднее…
— Сихар раслин запрещала мне отдавать, а вы отдали, — напомнила Хрийз. — И это помогло лучше всех запретов Сихар. Ваше решение — помогло. Ваше действие. Не её.
— А когда ты перестанешь звать меня на «вы»? — полюбопытствовал сЧай. — Когда сына мне родишь?
Хрийз покраснела. Сына родишь… а ведь должна быть еще свадьба. И всё то, что после свадьбы — брачная ночь, например.
Сначала нужно привести себя в порядок. Вернуть прежние силу и ловкость. Чтобы ходить без трости.
