6
0И если ее заподозрили в причастности к убийству Анатолия?… М-да-а… Значит, нашли труп прапорщика, значит, что-то такое есть в руках следствия… Плохо. Что-то они с Дюбелем не додумали. Труп надо было сжечь, концы спрятать получше. Да и Валентина — неужели призналась? Ведь для нее же, сволочи, делали!
Была вторая половина дня, его КамАЗ с полными контейнерами мусора стоял наготове, но ехать Сапрыкину расхотелось. Он пошел в диспетчерскую, сунулся в окошко.
— Слышь, Зинаида! — сказал он женщине-диспетчеру. — Сломался я, топливо не поступает. На ремонт, видно, стану.
— Ой, Сеня, не вовремя ты! — запричитала та.— Из столовой звонили, из заготовительного…
— Ничего, потерпят, — отмахнулся Сапрыкин.— Что я — на горбу, что ли, понесу?! Завтра! А может, и послезавтра.
— Придется Василь Василичу звонить, — забеспокоилась женщина, а Сапрыкин не стал больше дожидаться, пошел назад. Он решил пораньше уйти с завода, поехать домой — надо было кое-что спрятать. Скорее всего, Валентина еще не назвала его, иначе за ним пришли бы прямо на работу. Значит, у него еще есть время, кое-что можно успеть сделать.
Он переоделся, умылся, пошел к проходной. Так или иначе, но до конца смены оставался час, «затевать ремонт» не было смысла, лучше завтра прийти пораньше — так он сказал механику, и тот согласился, отпустил Семена. А ему дорога была теперь каждая минута.
На асфальтовой площадке перед заводом его дожидалась черная, чисто вымытая «Волга». Семен, пока шел к ней, любовался машиной — игрушка! Многие мужики о такой лишь мечтают, но даже не у каждого начальника есть. Да-а, покатался он на ней всласть! И на юге они с Марией и детьми были, и в Москву раз пять за тряпьем мотались… Что теперь будет с машиной? Продать не успеешь. Из милиции приходили и к нему, но не городские, а свои, сельские, из района. Спрашивали: где был с третьего на четвертое декабря? ездил ли куда? с кем и по каким делам?
Семен врал как умел: никуда не ездил, был после работы дома, жена может подтвердить. И машина давно на приколе — чего в такую грязь ездить, зачем? «Волга» чистая, посмотрите…
Он в самом деле сразу же после той ночи вымыл машину со стиральным порошком и сменил скаты. Понимал, что какие-то следы там, в лесу, все равно остались: снег — снегом, а смети его — и смотри, у следователей все это очень хорошо получается. И кровь Анатолия в машине есть, этот дуролом, Генка, дорвался, что называется. Надо было прапора этого придушить да сжечь… Эх, пить бы надо было поменьше, такие вещи на трезвую голову лучше, наверное, получаются.
Вернулись они с Генкой в ту ночь часа в три, а может, и позже. Домой Семен не стал стучаться. Они закрылись с Дюбелем в гараже, распили еще бутылку водки и завалились спать — Генка в машине, на заднем сиденье, а он, Семен, на старой раскладушке.
