6
0— Да нет, не думаю, — нейтрально ответил Виктор Иванович и положил перед Битюцким фотографию. — Вам эта личность знакома, Альберт Семенович?
Битюцкий взял фотографию смуглой, поросшей мелким черным волосом лапищей, глянул.
— Конечно! Это Женька… как его… Галошин.
— Калошин, — поправил Русанов.
— Ну, один черт, — гулко засмеялся Битюцкий.— Что Калошин, что Галошин. Все равно на ноги надевать.
— А где вы с ним и при каких обстоятельствах познакомились?
Битюцкий с удивлением посмотрел на Русанова.
— Слушай, Виктор Иванович, ты что, допрашиваешь меня? Так бы и сказал. А то приглашаешь вроде бы по-дружески, а тут такие сюрпризы устраиваешь. Нехорошо.
Улыбнулся и Виктор Иванович.
— Да ну, какие допросы, Альберт Семенович! Действительно дружеская беседа. Надо кое-что уточнить.
— Ладно, хорошо. Дело есть дело. Надо только поскорее, — Битюцкий снова завернул рукав кителя, но на часы не посмотрел.
«Нервничает, — отметил про себя Виктор Иванович. — Но в целом держится хорошо, даже отлично. Ладно, поехали дальше».
— Так вы говорите, Альберт Семенович, знали Калошина…
— Слушай, Виктор Иванович, мне что, тоже «выкать»? Не далее как позавчера мы с тобой, кажись, были на «ты»?
— «Вы» так «вы», — охотно согласился Битюцкий. Сел на стуле в вольную позу, ногу закинул на ногу, черные его сапоги блестели. — Калошина этого я знаю… точнее, знал; мне сказали, что он уехал из Придонска.
— Да рыбаки и сказали, Виктор Иванович. Мы ведь с Женькой на рыбалке познакомились. Позапрошлой, наверное, зимой сидели тут у нас, на льду водохранилища. Потом на Усманке встречались. Ну, выпивали, про жизнь толковали, не без этого, — Битюцкий широко развел руками. — Рыбаки все равны. Он меня Альбертом звал, я его — Женькой. Там чины не признают.
— Хорошо, — кивнул Русапов. — А как вы думаете, Альберт Семенович, почему Елена Владимировна участвует в нашей беседе?
Битюцкий переменил позу, в глазах его блеснули тревожные искры. Но он прекрасно владел собой.
— Елена Владимировна может присутствовать в этом разговоре только по одной причине: она когда-то меняла паспорт Калошину. Так, Виктор Иванович?
— Абсолютно точно! Но вы-то откуда об этом знаете?
— Да я же ее просил об этом.
— Вот, я же вам говорила, Виктор Иванович! — взволнованно подалась Жигульская вперед. — И написала чистую правду.
— О-о, она уже и написала! Ах ты доносчица этакая! — Битюцкий шутливо погрозил Жигульской.
— Значит, вы подтверждаете тот факт, что звонили Жигульской с просьбой заменить, точнее, выдать Калошину-Криушину паспорт? — строго спросил Русанов.
— Кому-кому? Криушину? Не знаю никакого Криушина, Виктор Иванович, ты… Вы что-то путаете.
— Это вы меня с Еленой Владимировной пытаетесь запутать, — Виктор Иванович устало потер переносицу.
