Я ни раз выбиралась наружу через окно, чтобы покурить травку и посмотреть на звездное небо. Единственная блажь, которая не давала мне сойти здесь с ума. Потом я даже не помнила, как добралась обратно, как переоделась и легла спать. Вечер и ночь всегда выпадали из моей памяти. Это было мое любимое время суток.
Удерживаясь за подоконник и перемещая ногу на пожарную лестницу, я действовала машинально, как и каждый раз когда выбиралась. Только на этот раз меня напугал этот хлопок люка, раздавшийся у самого уха. Я вздрогнула и непроизвольно разжала руки, кренясь назад. Паника охватила меня с первых секунд, я судорожно пыталась схватиться хоть за что-нибудь, чтобы удержаться, но руки скользили, а гравитация тянула вниз.
Ожидала я худшего. Сердце еще гулко билось, внутри все сжалось от страха. Неужели я цела?
- Пацан, ты цел? – жутко хриплый голос раздался у самого уха, от него у меня все тело покрылось мурашками.
Я сидела на нем, прижимаясь попой к его бёдрам. Он попытался помочь мне встать и разместил руки на самой груди, не ожидая ее найти там. Его ладони сжали мою грудь с двух сторон так резко, что я ахнула, не ожидая такого поворота событий. Ни один мужчина не трогал меня так, и я никогда не думала, что в первый раз будет именно такой. Видимо приняв меня за мальчика, он не предполагал, что может дотронуться до груди.
Попой я почувствовала, как что-то внушительное стало увеличиваться и упираться мне между ног.
Я постаралась побыстрее слезть и отползти от него, но даже на расстоянии продолжила чувствовать его член на моей внутренней части бедра.
Он стоял на одном колене, из его груди вырывался хриплый свист, не похожий на отдышку после бега. Местами бинты окрасились в алый. Даже через них был виден его рельефный торс и высеченные бугристые кубики. Мужчина был очень крепок и силён.
Он был опасен, я чувствовала исходящее от него безумие. Взгляд шарил слишком нагло, он не знал рамок приличия и границ дозволенного. Если он захочет, то отымеет прямо тут, не заботясь о последствиях. У меня не хватит сил справиться с ним.
- Простите. – промямлила я, коря себя, что вообще решила вылезти из палаты.









