Загадочный пациент

Я заглотил таблетки, продолжая ее разглядывать, она под моим откровенным взглядом забавно краснела и смущалась, спотыкалась и постоянно пыталась поправить выбившуюся прядь. Только сейчас я понял, что она русская и говорим мы по-русски.

- Ты давно живешь в Швейцарии? – спрашиваю хрипло, мне еще нельзя много разговаривать, слизистая раздражена, но мне так не хочется ее отпускать.

- Несколько лет, я поступила в медицинский здесь, днем учусь, а ночью подрабатываю, чтобы оплачивать учёбу. – когда она говорит, опускает глаза, смущаясь. Ее румянец меня притягивает, она кажется мне чистой и искренней.

Маленький бельчонок.

Она старается рассмотреть меня из-под густых ресниц, чтобы я не заметил ее интереса. Это вызывает улыбку.

- много здесь наших? – я придумываю повод для разговора, чтобы задержать ее.

- Нет. Есть девушка одна, ее лечат от наркотической зависимости. Аня. И все.

Меня даже передернуло от отвращения, никогда не привлекали распущенные женщины. Наркоманка… дочери богатеньких папочек сходят с ума от вседозволенности, даже не подозревая о существовании трудностей в жизни других людей.

Такие девушки никогда не вызывали у меня сострадания и уважения.

- Я пойду. – тихо проговорила она, направляясь к двери. Я специально резко встал так, чтобы она обтерлась о меня всем телом, врезаясь в меня, касаясь своей грудью. Она становится красная как рак, понимая что впечаталась всем телом в меня, и теперь мои руки находятся на ее попе, приподнимая короткий халат и поглаживая податливое тело.

Не смог удержаться, уж слишком сладко она краснела.

- Отпустите. – она напомнила мне птичку, которая угодила в клетку и теперь отчаянно трепыхалась.

Маленькая колибри. – Прошу Вас.

Такая тоненькая и скромная, так слабо и нерешительно пытается выскользнуть. Меня это умиляет. Стоп. Во мне говорят два месяца без женщины, так скоро и к пуделю кудрявому по имени Пьер пристану.

Выпустил и отошёл так резко, что она растерялась, замерла в нерешительности. Пучок на голове ей не шёл, безобразил, очень хотелось распустить ей волосы. На ней не было и грамма макияжа, но каждая черточка ее лица была выразительной и притягательной.

Она смотрела в пол, напряженно дыша, так что ее грудь медленно поднималась и опускалась.

Я бы оставил ее в своей кровати до утра, чтобы она согрела простыни. Хотелось заставить колибри послушно повторять мои приказы в кровати. Интересно, у нее были мужчины?

- Иди. – приказываю ей, понимая, что желание может взять вверх и она уже не уйдёт отсюда,медсестра убегает, оставляя в комнате только воспоминание о ее присутствии. Закрываю за ней дверь и ложусь вдыхая.