Продавец цветов

Но, видимо, они настолько сдавили ему кровеносные сосуды, что пальцы его еще долго оставались холодными и безжизненными, и он несколько минут лежал неподвижно, прежде чем смог с моей помощью подняться и сесть в кресло, в котором еще совсем недавно вальяжно, полуразвалившись, восседал Бен.

Я помассировала Соболеву несколько биологически активных точек на голове и ладонях, чем окончательно привела его в чувство. Затем я немного подвинула скрюченные тела Утюга и Бена так, чтобы они лежали параллельно, головами в одну сторону, установила в метре от них стул и с чувством выполненного долга заняла свое место.

Итак, сейчас мне предстояло наконец прояснить причину нападений на моего клиента. В душе я рассчитывала, что такая встреча должна произойти. Более того, я имела намерение в том случае, если встреча будет затягиваться, сама инициировать ее каким-либо образом. Но что это произойдет так быстро, стало для меня, надо сказать, некоторой неожиданностью. Особенно тот факт, что встретились мы в запертой квартире моего работодателя. Ну что ж, способностью открывать замки при отсутствии ключа обладала не только я одна.

Я еще раз внимательно посмотрела на лежащие передо мной в одинаковой нелепой позе тела, пытаясь определить, кто из них двоих мог справиться с замком. Скорее всего это был Бен. У него были длинные, довольно гибкие пальцы, не испорченные тяжелой физической работой. Костяшки же и фаланги пальцев Утюга были покрыты мелкими шрамами и мозолями, которые бывают после специального «набивания» рук. Да и интеллект явно преобладал у Бена.

Но эта парочка по своей ударной мощи явно уступала исключительно воинственному трио, которое атаковало нас вчера в подъезде другого дома. Неужели после вчерашнего разгрома недоброжелатели моего клиента прислали значительно меньшие силы? По сравнению с двумя вчерашними тяжеловесами Утюг выглядел, прямо скажем, не очень-то внушительно — чем-то вроде фокстерьера рядом с доберманом-пинчером. Что же касается третьего номера — азиата, то в мастерстве кулачного боя дистанция между ними была приблизительно такая же, как между барышней-гимназисткой и прожженным уличным хулиганом.

При воспоминании заключительной схватки мышцы моей спины совершенно непроизвольно сжались, как и вчера при ударе об стену, в коротком спазме, скручиваясь, словно белье, выжимаемое опытной прачкой. В ответ на это мышечное сокращение тут же тупой разлитой болью в месте ушиба напомнила о себе голова.

«Впрочем, — решила про себя я, прикидывая, сколько же времени на самом деле длилось мое бессознательное состояние», — никогда нельзя недооценивать противника.

Я встала со стула, подошла к Бену и позаимствовала у него зажигалку и сигару.