Продавец цветов

Большие зрачки из-под слегка опущенных век глядели как амбразуры стационарного дота. Точно так же, уставясь прямо в глаза, смотрят кошки. Думают о чем-то своем — и вдруг становится жутковато от их зеленых глаз, от их непонятной кошачьей мысли.

Азиат стоял совершенно неподвижно и, казалось, даже не дышал. Ни один мускул не дрогнул на его лице.

Я уверенно двинулась вниз по лестнице, увлекая за собой Соболева. Азиат еще больше вышел из тени, и теперь его голову вместе с верхней половиной туловища можно было лучше разглядеть. В ответ на мои решительные шаги без малейшего намека на страх на его плоском, не совсем симметричном лице, у самых кончиков губ появилась загадочно-вежливая и одновременно зловещая улыбка. Дать нам пройти явно не входило в его планы.

Впрочем, в мои планы не входило задерживаться по какой бы то ни было причине, включая и присутствие этого сына Востока на моем пути. Но азиат сделал быстрый шаг и теперь стоял перед первой ступенькой лестницы как раз на самой середине между стеной и перилами. Его руки в невозмутимом философском спокойствии были скрещены на груди.

Я, не сбавляя скорости, слегка изменила траекторию движения, чтобы проскочить мимо и при этом не задеть его. Расстояние между нами, и без того не очень большое, стремительно сокращалось. Азиат чуть ли не в упор смотрел прямо мне в глаза. Я ответила ему тем же. Я не привыкла отводить взгляд в сторону, когда противник бросал мне вызов на психологическую дуэль.

Чтобы победить в схватке, прежде всего еще до начала физического контакта необходимо выиграть ее психологически. Противник, сломленный морально, заранее уже побежден. Поэтому-то в моей родной «Ворошиловке» нас довольно продолжительное время натаскивали в умении «держать» не только удар, но и взгляд.

Точнее, умение жестко и твердо, не отводя взор в сторону, смотреть противнику в глаза. Если не выдержал взгляда, то не пытайся сломить своего противника потом — он не поддастся. И мы тренировалась. Тренировались долго и упорно. Сначала с зеркалом: нужно было просто смотреть в глаза своему собственному отражению и не моргать. Смотреть как можно дольше, пока глаза еще хоть что-то видят сквозь острую резь и пелену наворачивающихся слез.

И лишь потом, когда ты оказываешься в состоянии справиться со своим двойником в зеркале, наступает очередь животных. Лучше всего для этого подходят хищники из породы кошачьих. Те, что побольше: львы, тигры, леопарды. Я специально ходила в зоопарк и останавливалась у клеток с этими внешне спокойными и ленивыми, но царственно-величественными и сильными животными. Я сжимала в кулак всю свою волю, крепко стискивала челюсти, пытаясь через неподвижные, желтые глаза хищника проникнуть в его первобытную дикую душу.