Скверный маркиз

 — Неужели ты не понимаешь, что я по натуре своей люблю риск и волнение, что мне необходимы острые чувства?

— Это, наверное, оттого, что ты, Кэролайн, недостаточно любишь…

— Я старалась! Дариус очень мне нравится, но я тебе уже говорила: когда я с ним, у меня ощущение, будто я на экзамене. Вот если бы он со мной так разговаривал, как Аделино… — Она вздохнула. — Если бы хоть раз сердце у него забилось страстно, если бы от моей близости у него участилось дыхание, если бы от возбуждения он потерял власть над собой, тогда, может быть, я его полюбила бы!

— Но, может быть, когда вы поженитесь… — начала Орелия, но Кэролайн только засмеялась, резко и насмешливо.

— Неужели твоя голова набита одними грезами романтизма? Уверяю тебя, что только в повестях любовь приходит после свадьбы! Нет, вот когда мужчина тебя добивается, когда ты дразнишь его, а он стремится к недостижимому — вот тогда любовь вспыхивает ярким пламенем, и можешь называть это безумной любовью!

— Но это же не любовь! Это страсть или страстное желание. Кэролайн, а ты помнишь, как в юности мы мечтали о настоящей любви!

— Да, — снова засмеялась Кэролайн, — мы тогда мечтали, каждая — о своем прекрасном принце, который отнесет в объятиях свою Золушку в волшебный замок, и там она станет принцессой и будет жить со своим принцем долго и счастливо, как и полагается в сказках… — В голосе Кэролайн вдруг послышалась горечь. — Однако такие сказки не имеют ничего общего с жизнью, Орелия, и ты это знаешь не хуже меня. Никто на свете не может обладать всем, чем хочется. Даже принц, красивый, очень богатый и влюбленный до безумия. Да и не бывает так в жизни, чтобы в одном мужчине соединялись все мыслимые совершенства. Ты можешь выйти замуж или за принца, или за нищего! У принца будут деньги. У нищего — любовь. Если, конечно, ты не так умна, как я! А я сумела заполучить и пирожное, и сумею его со вкусом съесть!

— Все это лишь обманчивая фантазия!

— Обманчивая или нет, но я воплощу ее в жизнь, — беззаботно отвечала ей Кэролайн, — а теперь мне пора спать, потому что завтра, во время обеда, я хочу блистать красотой! Я хочу нравиться Аделино!

И она обняла Орелию:.

— Спасибо тебе, дорогая. Я знала, что ты меня не предашь. Пожалуйста, и совсем ненадолго, убери подальше свою надоедливую Совесть, и в самый темный ящик комода. Достанешь оттуда в день моей свадьбы!

— О, Кэролайн, Кэролайн! — и Орелия засмеялась, хотя на глазах у нее блеснули слезы. — Ну, что мне с тобой делать!

— Делай то, что я хочу, — ответила неукротимая, неуправляемая Кэролайн и отправилась, как обещала, спать.

Орелия медленно разделась и тоже легла в постель.