Призрак в мундире

Искать нужно здесь, пока он сам не пришел и не нашел документы. И наблюдателей нужно оставить, чтобы его схватили. А уж потом мы поговорим с ним.

Разделив партизан на две группы, Шелестов и Буторин начали планомерно прочесывать лес по обе стороны от дороги в месте нападения на конвой. Осматривали все: и пни, и ворохи листьев, и дупла деревьев, даже приметные бугорки на почве. Прошло часа три, но поиски были безрезультатными. Когда вся группа собралась вместе за деревьями, Буторин предложил расширить полосу поиска, но Шелестов только покачал головой.

– Не мог Майснер отбежать далеко от дороги. Не было у него на это времени. Его бы наши же в горячке боя пристрелили. Тут что-то не так. Решение такое: устанавливаем здесь круглосуточное наблюдение. Он должен прийти сюда, если только портфель выкрал сам Майснер. Если не придет, значит, или не Майснер выкрал портфель, или он его спрятал не здесь. Не знаю как, но мы это выясним. А пока будем разрабатывать другие версии и искать самого Майснера.

Шелестов оставил трех партизан возле дороги, а сам решил вернуться в город. Бочагова он собрался отправить в отряд и попросить Кузнецова, чтобы тот продолжил с бойцами наблюдение за дорогой. В случае появления Майснера или другого подозрительного человека, который что-то ищет, его нужно было тихо задержать и доставить в отряд под хорошей охраной. И только живым. Но отправиться в путь не удалось. По дороге вдруг потянулась какая-то пехотная немецкая часть. Партизаны и разведчики легли на землю и не шевелились. Часть тянулась и тянулась. Видимо, переход был долгим, и солдаты устали. А потом случилось вообще неприятное. Кто-то из командиров остановил движение и разрешил своим подчиненным оправиться. Немцы разбрелись по краям дороги, стали мочиться, кто-то переобувался, некоторые пили воду из фляжек. Шелестов настороженно косился на группу немецких солдат, что отошли в лес глубже. Еще метров пятьдесят, и они выйдут на партизан, и тогда бой неизбежен. И никому не известно, чем он закончится.

Буторин лежал в двух метрах левее и только шевелил губами. Видимо, ругался про себя. Ситуация была дурацкая. Но вот прозвучала команда, солдаты поспешили на дорогу, начали строиться в колонну. Наконец колонна тронулась, и Шелестов, выдохнув, опустил голову на руки. Обошлось. Колонна удалялась, но партизаны не трогались с места. Пролетела группа мотоциклистов, потом проехала гужевая колонна под хорошей охраной автоматчиков и полицаев. Шелестов смотрел на часы. Они уже четыре часа не могли подняться. Наконец движение на дороге стихло. Стало смеркаться, и можно было надеяться, что больше машин по шоссе не пройдет.

– Ну что, Виктор, – позвал Шелестов.