Аккадская формула

Художник, который лишь передает цвета и тени, но картины, которого схожи в своей манере и тематике из года в год, я думаю лишь рисовальщик. А маг, который никуда не движется – просто колдун, более или менее умелый.

– Интересно, – сказала Сандра, – я никогда не сталкивалась с подобной точкой зрения. Но мне она нравится, и кажется правильной почему-то.

– Ну и мне тоже, – снова улыбнулся Альфред.

– Скажите, а почему тогда ваше Министерство преследует магов? – спросила Сандра.

– Оно преследует не магов вообще, а только тех, кто, тем или иным образом, способствует проникновению в наш мир чуждых элементов, вроде призраков, дибуков и тому подобного. Хотя, конечно, надо признаться, что за десять с лишним лет моей работы, редкий маг оказывался чистым перед лицом государства.

– Государство! – сказала Сандра почти презрительно.– Кто вообще в его глазах чист? Наверное, только тот, кто никогда не высказывает своих мыслей вслух, исправно платит все подати, и вовремя размножается, поставляя солдат для бесконечных войн. А затем,– она пожала худенькими плечами, и добавила после секундной паузы,– вовремя умирает.

– Что вы хотите сказать? Что государство – это лишь помеха нормальной жизни? Я не согласен с вами.

– Нет, не в этом дело, – ответила Сандра немного взволнованно, – но я против того, произвола, который царит повсюду. Адьфред, ведь это только вы – порядочный, нормальный человек. Вы, ну и быть может еще с десяток людей вашего круга. А ведь, сколько таких, кто отправляет на эшафот сотни людей лишь для того, чтобы сделать карьеру или даже просто насладиться своей властью. Почувствовать свою «избранность», так сказать. Я вообще думаю, что царство справедливости и законности – это утопия, вроде «Города солнца», читали такой роман?

– Возможно, вы и правы, но ваши рассуждения годятся – допустим – лишь для мирного времени. А если война?

– Я думаю, что войны – это – всего лишь результат амбиций отдельных личностей, ну и накопленных между этими же личностями противоречий. Война – этот тот же произвол, только гораздо большего масштаба. А всякий произвол – это насилие. А насилие почему-то всегда свойственно, если не примитивным, то уж точно – несовершенным личностям. В этом смысле, наиболее несовершенными, как мне кажется, как раз и являются те, кто жаждет власти. Полной же противоположностью им являются – мастера своего дела, ну, а самыми совершенными, наверное – маги, в широком смысле.

Кстати, я много думала об этом, и мне кажется, что и народы, как и люди тоже бывают более и менее совершенные. Есть народы-мастера, которые куда-то движутся, а есть и такие, которые практически одинаковы на протяжении тысячелетий и заняты исключительно войнами. Это не хорошо и не плохо. Это – данность. Факт.