1
0– Хотел бы попросить тебя разрешить мне задействовать дивизию Михайлова не по плану прикрытия твоего фланга на последнем участке, а для контрудара и восстановления положения на фронте корпуса Соколова. Именно по нему бьет Клейст.
– Ну что ж, пока немцы не смогли меня сильно озадачить, армейский резерв я не задействовал. Могу прикрыться им в случае необходимости. Так что, считай, ты получил мое «добро» на дивизию Михайлова. На последнем этапе прикрою фланг своими силами.
– Спасибо, Константин Константинович! Уверен был, что не откажешь.
– Ну так одно дело делаем.
– Вот ты язва! Да дадут тебе «Гвардию»! Не сомневайся! Обязательно доложу Москве, что без помощи Шестнадцатой – почему-то еще не гвардейской – армии остановить Клейста было бы трудно!
– Я это запомнил! Ладно, договорились. До встречи!
– До встречи, Константин Константинович!
Положив трубку, Ершаков задумался. А потом, снова сняв, потребовал от дежурного по коммутатору соединить его с Захаровым.
– Здравствуй, Филипп Афанасьевич! Догадываюсь, о чем хочешь говорить.
– Здравствуй, Георгий Нефедович! Об этом уже смысла говорить нет. То, что случилось, уже не изменить. Я о другом хочу тебя просить, хотя, исходя из сегодняшнего опыта, возможно, невозможного.
– Ну, говори, – тяжело вздохнул в трубку Захаров.
– Мне нужен один день. Один завтрашний день. Ты можешь помочь задержать немцев на рубеже, на котором дерется мой второй гвардейский? Им нужно продержаться завтрашний день, а вечером подойдет армейский резерв.
– Ну что тебе сказать, Филипп Афанасьевич? Если будет погода – я обещаю, что летчики пятой воздушной сделают все возможное и даже более того. А если не будет погоды, тут только одна тебе помощь – люфтваффе тоже в небо не поднимется.
– Очень на тебя и твоих летчиков надеюсь, Георгий Нефедович! И я лично, и вся 1-я гвардейская армия. До связи!
– До связи, Филипп Афанасьевич.
Полковника Савельева Афанасия Аполлинариевича, командира противотанкового полка 2-го гвардейского кавкорпуса, ординарец разбудил перед рассветом, как и приказал накануне он сам.
