1
0Бои в воздухе шли сильные, но не смогли летчики нам помочь. Повторюсь: к этому часу остатки дивизий отошли на вторую линию. Вторую линию составляют дивизионные полки: танковый, арт и зенитный плюс подразделения тыла и усиления. Зенитчики и артиллеристы уже встали на прямую наводку. Корпусной резерв незначителен, и я принял решение отправить его вот сюда.
Он ткнул указкой в неприметную точку на карте, обозначающую не известное никому из присутствующих село, и продолжил.
– Если все будет продолжаться в том же ключе, а скорее всего так и будет, за удержание позиций завтра я уже не поручусь.
– Это понятно! – выслушав доклад командира корпуса, вступил в обсуждение Ершаков. – За сутки мы успеем перебросить к вам на помощь армейский резерв. Я убежден, что наших сил хватит остановить немецкое наступление. Однако вернуть утраченные позиции этих сил не хватит. Я считаю необходимым и возможным задействовать мотострелковую дивизию Михайлова. Об этом буду говорить с Рокоссовским. Но ее переброска и приведение в боеготовое состояние после марша займет двое суток.
– Корпус будет драться на этой позиции до конца и ее не оставит.
– Ну что ж, мысль понятна. В успех вы не верите. Мне нужно сделать несколько звонков. Николай Васильевич! Продолжайте без меня.
Первый звонок Ершаков сделал, как и говорил, Рокоссовскому.
– Здравствуй, Филипп Афанасьевич! – отозвался тот почти сразу. – Слышу, гремит у тебя. И посильнее, чем здесь.
– Да, Константин Константинович, гремит. Клейст вот ломится, пытается через меня тебе в тыл пробиться.
– Сдержать его смогу, а вот сил отбросить уже не останется. Как ты, наверное, догадался, с просьбой я к тебе.
– Излагай. Помогу тебе, чем смогу.
– Далеко тебе там до моря?
– Еще два дня идти. Примерно.
