7
0— Прогуляюсь за Ильёй Владимировичем…
Прохоров встрепенулся, шагнул ко мне.
— Сергей, я с тобой! — сказал Артур.
Я покачал головой. Похлопал Прохорова по плечу.
— Нет, Артурчик. Сам справлюсь. Вы с малым стерегите пленных.
Посмотрел на серьёзные лица парней.
— Если до темноты не вернусь, звоните в милицию, — сказал я. — Но не раньше! Вы меня поняли, пацаны?
Комсомольцы кивнули.
В вольере тявкнул пёс.
— Вот и молодцы, парни, — сказал я.
Взял в правую руку и чемодан, и сумку. Обёрнутые газетами бутылки ударились друг о друга — отозвались на мои действия приглушённым стуком. Я решительно зашагал к забору.
— Чёрный, а зачем тебе водка? — крикнул мне вслед Кир.
Я обернулся, хмыкнул и ответил:
— Как это, зачем? Малый, запомни: без водки в нынешние времена — никуда…
Я шагал по центру дороги в парадной форме ВДВ Советской армии. С потёртым, будто потрёпанным жизнью, чемоданом в руке. Словно вновь возвращался со службы. Вот только теперь я топал не домой, а в обратную сторону: шёл в направлении дома Варвары Сергеевны Павловой. Любопытные детишки не спускали с меня глаз. Бдительные пенсионеры с орденскими планками на груди провожали меня взглядами и спрашивали, куда это я направился — я отвечал им уклончиво, нагнетал загадочность… и позвякивал завёрнутыми в газеты бутылками.
Солнце давно перевалило за зенит — придорожные деревья и кусты отбрасывали длинные тени. То здесь, то там звучали голоса: советские граждане возвращались домой с работы. Я вспомнил, что Варвара Сергеевна сегодня отсыпалась после ночной смены. Но не дошёл до дома Павловых. Я поравнялся со свежевыкрашенным в синий цвет деревянным забором — сбавил темп, а потом и вовсе свернул с проезжей части к облицованному кирпичом дому с покатой крышей. Распахнул калитку, прошёл мимо припаркованного во дворе мотоцикла и постучал в дверь веранды.
Долго я не ждал: на мой стук из дома выглянула невысокая темноволосая женщина. Она заслонила собой дверной проём, просканировала меня внимательным взглядом. «Заслонила — это очень меткое слово», — подумал я. Потому что встретившая меня женщина действительно походила на небольшого слона. Она буквально заполнила собой нижнюю часть дверного проёма: между её боками и дверной коробкой не протиснулся бы и муравей. Женщина рассмотрела мою обувь, чемодан, пряжку ремня, пуговицы и аксельбанты. Запрокинула голову — взглянула на кокарду.
— Чего ломишься в дом, солдатик? — спросила она.
Сжала губы, от чего те почти спрятались между щеками и подбородками. Упёрла строгий взгляд в ворот моей тельняшки, будто смотреть выше ей было неудобно. Плавными движениями вытерла ладони о фартук на своём животе.
